Ты, значит, в своем плане предлагаешь собрать остатки нашего мехкорпуса, ну, и что еще из бронетехники, что сможем по окрестностям собрать, и на прорыв идти – правильно я тебя понял? А вот скажи-ка мне, Евстафий Сидорович, это ведь ты совсем недавно планировал прорыв и контрудар мехкорпуса под Гродно? Причем заметь, не сильно потрепанного корпуса, как сейчас, а корпуса полнокровного, намного лучше остальных укомплектованного и имеющего намного лучшую, чем сейчас, степень боевой готовности. И вот теперь как ты сам, как штабной аналитик, можешь охарактеризовать результаты того прорыва? Его цели, ход боевых действий, результаты, а также просчеты и ошибки? – Выждав небольшую паузу, но так и не дождавшись от покрасневшего начштаба, печально изучавшего глазами стол, никакого ответа, продолжил: – Молчишь? Ну, тогда слушай…
Ладно, гениальный ты наш наступательный стратег и активный сторонник мощных танковых прорывов, – закончил Хацкилевич свой монолог с анализом причин и печальных последствий первых дней войны в общем и конкретных печальных последствий для 6-го мехкорпуса в частности. – Понимаю, что построению обороны, да еще и силами механизированных соединений, тебя никто не учил, тебя в основном на эти самые мощные танковые прорывы натаскивали. Поэтому бери бумагу, карандаш и записывай. Сначала, раз уж ты меня сразу не понял, повторю специально для тебя основную задачу. Основная и главная наша задача сейчас – организация долговременной и эффективной круговой обороны как можно более широкого радиуса с центром примерно в Белостоке. Причем обороны эшелонированной, мощной и при этом обороны не жесткой – ее немцы, с их-то возможностями и опытом, сломают или прогрызут быстро. Нет, оборона наша должна быть активной и относительно подвижной – с возможностью быстрого маневра артиллерийским огнем, подвижности сил и средств, в особенности бронетанковой техники, а также своевременного подвода резервов. Такой обороны, чтобы фашисты бились об нее своими тевтонскими лбами, расшибали их себе в кровь, теряли людей и технику, но оборону нашу прорвать не могли. Вспомни, ты же в Военной академии механизации и моторизации РККА имени И. В. Сталина учился – так там вам должны были преподавать, как такую оборону строили в последние годы Первой мировой войны. И, кстати, именно немцы в построении такой активной и подвижной обороны особенно хороши были. Я, помнится, во время обучения в Военной академии РККА изучал перевод их инструкции, «Общие указания для ведения оборонительного боя в условиях позиционной войны» называется, а издана была та инструкция аж в 1917 году. Так вот там как раз много интересного и полезного про построение такой активной, гибкой обороны сказано было.