Нервничала она еще больше, когда один из охранников подошел к сцене и потребовал спуститься на сцену. Марина лишь покачала головой в ответ, словно желая уйти от проблемы сама собой. Она знала, что приближается страшная игра: решать нужно было моментально.
Я взрывалась, продолжая шептать имя мужчины, без которого уже было сложно представить свою жизнь.
Как за столь короткое время подобное возможно, я не знала. Но чувствовала, что теперь все изменится. Раз и навсегда.
– Ты такая красивая, – хрипло произнес Астахов, снова двигаясь медленно, с оттяжкой. Он жадно разглядывал меня, ласкал плечи, грудь, живот. И я кайфовала от чувства принадлежности этому потрясающему мужчине. – Не отпущу… Так и знай…
– Я и не хочу, – проворчала, пытаясь податься навстречу. Возбуждение все сильнее закручивалось, и мне снова было мало его дразнящих ласк.
– Ты не представляешь, как я этому рад, – хищно оскалился он. И дальше я не смогла выдавить ни единого осмысленного слова – потому что Арес словно с катушек слетел. Снова и снова доказывал, что умеет управлять моим телом и его потребностями.
– Скажи! – потребовал он, замирая в шаге от пика. – Скажи, Стася, – потребовал он.
– Что? – я почти не соображала, металась под ним, пытаясь стать ближе.
– Скажи, что ты – моя! – рыкнул он, прикусив кожу на плече.
– Твоя-я-я, – простонала я и тут же взорвалась долгожданным оргазмом.
– Навсегда… – последнее, что я успела услышать, прежде чем окончательно провалиться в нирвану.
– 51 Стася -
– Расскажи мне о себе, – попросила я, когда мы лежали уставшие и разморенные очередным любовным забегом.
– Что именно ты хочешь знать? – лениво спросил Арес.
– Все.
– Хочешь знать, сколько у меня было баб?
Я возмущенно фыркнула и повернулась к нему, ложась поудобнее.
– Самодовольный придурок!
– Ну, главное, тебе же нравится, – многозначительно поиграл тот бровями.
– Да ну тебя! Я ж не об этом…
– То есть ты – уникальная женщина, и тебе действительно наплевать, кто был до тебя?
– Зачем мне это знать? – проворчала, отводя взгляд. – Чтобы понять, что мне до них далеко?
Я только успела договорить, как он опрокинул меня на спину и навис надо мной.
– Не забивай себе голову ерундой, Стася, – очень серьезно произнес он, пока я приходила в себя от его скорости. – Ты – лучшая.
– Что, у тебя не было никогда ничего серьезного?
– Почему же, было. – Астахов улегся рядом. – Лет в пятнадцать.
– Правда? – удивилась я.
– Ага. С девчонкой из детдома. Но ее удочерили, и больше я ее не видел. – Я молчала, обдумывая его слова. По всему выходило, что… – Ну же, Мальвина, смелей, – подначил он меня. – У тебя на лице написан вопрос.
Я виновато опустила взгляд.
– Ты все верно поняла.
