Нервничала она еще больше, когда один из охранников подошел к сцене и потребовал спуститься на сцену. Марина лишь покачала головой в ответ, словно желая уйти от проблемы сама собой. Она знала, что приближается страшная игра: решать нужно было моментально.
А затем легко вздернул меня за плечи, вынуждая встать на ноги. Инстинктивно прикрылась руками, что лишь сильнее позабавило этого придурка. – Я уже все видел, детка. Можешь не прятаться.
– Пошел ты! – процедила сквозь зубы.
– О, пойду, Мальвина, – предвкушающе улыбнулся он. – Поверь, ты еще и уговаривать будешь…
Стиснула зубы от злости. Самодовольный козлина! С огромным трудом сдержалась, чтобы не высказать все, что думала о нем. Раздавшийся звук мобильного прервал нашу перепалку.
Мужчина достал телефон и, не глядя, ответил.
– Слушаю. – Что говорили на том конце провода было непонятно. Но судя по выражению лица, что-то важное. Потому что улыбка пропала, и он стал сосредоточенным и серьезным. – Скоро буду.
Убрав телефон обратно в карман брюк, он снова окинул меня оценивающим взглядом.
– Придется перенести наши забавы, детка. Так что давай, на выход. Прокатимся.
– Что? Я никуда не поеду! Где моя одежда?
Он лениво ухмыльнулся и снял пиджак. Я тут же отшатнулась назад и едва не упала обратно на постель.
Пока я пыталась освободиться от его тьмы, что гипнотизировала, он накинул мне на плечи пиджак и свел его полы вместе.
– Пошли, Мальвина. Вещи тебе не понадобятся.
– Я не… – Договорить не смогла – мужчина положил мне палец на губы.
– Мне не до игр, крошка. Лучше тебе меня не злить сейчас, потому что терпеть твои фокусы у меня времени нет.
Он не кричал, но тон голоса, которым он озвучил свои требования… Что-то подсказывало, что нарываться сейчас было не в моих интересах. Судя по всему, насиловать в ближайшее время меня он не собирался. А значит у меня были все шансы выбраться без последствий. Поэтому медленно кивнула.
– Вот и хорошо. Идем.
– 11 Стася -
То, что я шла босиком, мужчина заметил только в лифте. Он вообще стал довольно задумчивым и серьезным. Нахмурился и как-то недовольно покачал головой.
– Не ерзай, – приказал он, сжав покрепче.
Проходя мимо консьержа, я малодушно закрыла глаза. Стыдно было до жути. Даже зная, что я вряд ли сюда когда-то вернусь.
На улице было довольно прохладно, и я поежилась от ветра. Кажется, был глубокий вечер.
