Автор
Надежда бросает вызов своему страху перед высокими каблуками и жаркой погодой, выскакивая из дома с решительным видом. Под громкий смех сынишки она спешит на работу, где становится очевидцем кардинального изменения в характере биг-босса – тот, обычно агрессивный и холодный, внезапно проникается теплотой и заботой....
И я просто благодарно киваю. Женщина уводит сына, а я сажусь в кресло в гостиной и прикрываю глаза. Меня тоже нестерпимо клонит в сон.
Кажется, что сейчас просто прикрою глаза на секундочку, но уплываю в сон, звук паркующегося автомобиля я слышу сквозь дрему, глаза не открываются, но просыпаюсь я от другого.
От дыхания жаркого, отдающего холодной свежестью на губах. Поцелуй. Сначала легкий, как дуновение ветерка, как крылышки бабочки, которая порхает по моим устам, но спустя миг уже более явный, глубокий.
Меня берут в плен. Губами. Руками. Оплетают. Прижимают к широкой мощной груди.
Его запах…
Боже, меня уносит от одного запаха моего мужчины, от терпкого аромата его парфюма…
– Надежда моя, – выдыхает надрывно, безумно, опаляет поцелуями…
– Баграт, – выдохом, и мои руки запутываются в его прядях, притягивают.
Становится жарко. Просто безумно жарко. Одежда сразу же кажется лишней…
– Скучала, маленькая? – спрашивает вперемешку с поцелуями, а у меня слезы на глазах набухают, потому что кажется, что я переношусь на три года назад…
В тот день, когда жизнь моя сломалась на две части.
– Надя… ты плачешь, маленькая? – задает вопрос и слезы мои сцеловывает.
Язык его на щеках чувствую. Порочно-нежный. Оттягивает меня от себя и заглядывает в мои глаза.
– Что случилось?
Хмурится соболиные брови. Мой жестокий и такой красивый мужчина, а у меня сердце кровью обливается, глядя на него, от чувств, от того, насколько сильно я люблю Баграта…
– Так должно было быть в тот день… В тот день три года назад…
Выговариваю всхлипами, и мой мужчина притягивает меня к себе сильнее, сжимает до хруста костей, прибивает к себе, а я дыхание его слышу. Рваное. Тяжелое. Когда выговаривает в мою макушку:
– Все наказаны.
Вскидываю тревожный взгляд на Умарова.
– Виталя подписал все бумаги, и я отпустил его с миром.
Киваю с облегчением, понимаю, что решил вопрос. Как всегда. Этот мужчина умеет брать на себя ответственность и выполнять обещанное.
А мы с сыном принадлежим ему. Баграту Умарову. Он свое имя у меня в подкорке высек. С самого первого вдоха, с первого взгляда.
