Автор
Надежда бросает вызов своему страху перед высокими каблуками и жаркой погодой, выскакивая из дома с решительным видом. Под громкий смех сынишки она спешит на работу, где становится очевидцем кардинального изменения в характере биг-босса – тот, обычно агрессивный и холодный, внезапно проникается теплотой и заботой....
И сейчас я понимаю, что лучше проиграть в меньшем, лучше уступить в битве, но в войне победить, а то, что у меня с Биг Боссом война, я для себя понимаю.
Мое долгое молчание врач расценивает по-своему и, наконец, сама же и предлагает мне то, что нужно:
– Давайте обойдемся без осмотра. Позвольте мне просто взять у вас анализ крови и обработать рану.
Делаю паузу и отпускаю ручку, за которую держалась наподобие спасательного круга.
Киваю своим мыслям и чувствую, как женщина заметно выдыхает. Она поможет мне в моей афере, сама того не зная.
Я и забыла, что мне может улыбаться удача…
Глава 9
Доктор быстро проводит необходимые манипуляции, прикладывает тампон к моей скуле, и я шиплю, резко втягиваю воздух.
– Все хорошо, ничего серьезного, – улыбается она.
Женщина словно пытается наладить со мной контакт. Закатывает рукав, фиксирует жгут, а дальше я закрываю глаза. С детства не могу переносить вида крови.
Резкий щелчок резинки и излишне радостное:
– Ну вот и все!
Распахиваю веки и понимаю, что лицо Беркутовой кружится.
Именно в этот миг мне кажется, что вся моя жизнь, превратившаяся в страшный кошмар, лишь сон, а я… я счастливая мама своего малыша.
Он только мой и никому я его не отдам, никто не отнимет, если будет нужно, я пойду на все ради сына, ради нас и нашего будущего. Опускаю голову. Пережидаю. Не понимаю как, но слезы начинают течь по моим щекам из-под сомкнутых век.
– Наденька, не плачьте, – слышу голос врача, пропитанный сочувствием.
Наконец, собираюсь, вытираю щеки рукавом сорочки и смотрю в напряженные глаза.
– Хотите, я сделаю вам укол, вы не забеременеете?
Ухмыляюсь предложению врача. Так и подмывает сказать: поздно. Три года назад нужно было, но у меня язык не повернется, потому что Баграт, сам того не ведая, сделал мне самый большой подарок в жизни, подарил счастье материнства, поэтому на вопрос врача я лишь ухмыляюсь и встаю.
– На этом все, – проговариваю четко. Это не вопрос, я утверждаю, и женщина кивает, а я разворачиваюсь и иду на выход.
Совершать ошибки трехлетней давности и спасть с Умаровым я не собираюсь. Распахиваю дверь и выхожу."
"Мокрая одежда все так же неприятно льнет к коже, а стоит оказаться под темным графитовым взглядом Баграта, который скользит по моему лицу вниз к раздраженной от мокрой липкой одежды груди, меня обдает жаром.
