Автор
В маленьком городке живут обычные люди. Но при одной ссоре молодой парень оказывается в необычной ситуации: длинноногая блондинка выкидывает его из машины и даже помогает выбраться на дорогу. Там он случайно встречает еще одну удивительную длинноногую женщину, которая сразу же берет его под свою опеку. Уехав вместе по неожиданному вызову, они открывают перед собой неведомые пути и переживают беспрецédенное путешествие....
Потому что соскучился до жути, хоть она и коза.
На него обратили внимание собеседники Киры, женщина улыбнулась понимающе. Кира обернулась. Он не успел заметить выражение ее лица — если и было удивление, не поймал его. Потому что она снова резко обернулась к своим клиентам. Но те уже спешили завершить разговор и попрощаться. Видимо, основные моменты они уже обговорили. И Кире пришлось снова оборачиваться к нему. Но начинать диалог она явно не собиралась. Смотрела куда-то мимо, на Троицкий, лишь мазнув мимолетно взглядом по его лицу.
— Ничего не хочешь мне сказать? — хорошо начал разговор. Спокойно.
Кира покачала головой. Вот ведь коза!
— Точно ничего? — голос Макса звучал мягко и вкрадчиво. — Например, почему ты два дня со мной не разговариваешь — не хочешь объяснить?
У нее дернулась щека. Полезла в карман за сигаретами, прикурила. Жутко хотелось вырвать у нее пачку и зажигалку из рук, выбросить все, встряхнуть, наорать. Поцеловать. Но нельзя. Надо все выяснить. Раз и навсегда!
— Ты же все и так знаешь, — она резко выдохнула дым в сторону.
Не нужен этот разговор. Все и так понятно. А еще — очень больно. Даже смотреть на тебя — больно.
— Мало ли что я знаю, — он пожал плечами. — Я предпочитаю узнавать правду напрямую от людей. Мне интересно, почему ты вдруг решила со мной перестать разговаривать. Вот я и спрашиваю.
Спокойствие, с которым он начал разговор, быстро испарялось.
— Тебе обязательно надо, чтобы я произнесла это вслух? — она курила, глубоко затягиваясь. Такое ощущение, что ему назло. — Ладно, пожалуйста. Я не люблю групповух, Макс. Не практиковала и начинать не хочу. Тебе нравится Оксана, нравится заниматься с ней сексом — дело вкуса. Можешь ухаживать за ней, приглашать в гости, заниматься с ней сексом. Но я — пас. Я в этом не участвую. — Она поперхнулась табачным дымом, закашлялась. И добавила как-то без прежнего задора и даже почти жалобно.
"Жалость остро кольнула под ребрами. От ее агонически вздернутого подбородка. От дрогнувшего на последних словах голоса. От выступивших на глазах слез — от кашля ли?
Но — нет. Никакой жалости. Жалость Кире Артуровне не нужна. Она ей даже противопоказана. Все, что ей нужно — это хороший пендель.
— Значит, по твоему мнению, у меня был секс с твоей сестрой?
— А по твоему мнению — нет? — она даже умудрилась усмехнуться.
