Автор
В маленьком городке живут обычные люди. Но при одной ссоре молодой парень оказывается в необычной ситуации: длинноногая блондинка выкидывает его из машины и даже помогает выбраться на дорогу. Там он случайно встречает еще одну удивительную длинноногую женщину, которая сразу же берет его под свою опеку. Уехав вместе по неожиданному вызову, они открывают перед собой неведомые пути и переживают беспрецédенное путешествие....
Да и были сомнения, что она так уж сильно хочет его видеть и слышать, и повода разумного не придумывалось, а без повода… А потом вдруг стало на это плевать — он сам хочет ее слышать и видеть. Вот и повод придумался быстро.
В Максе проснулось давно, казалось бы, изжитое подростковое упрямство. Говорить тебе неудобно? Не рада меня слышать? А мне плевать!
— Тоже верно, — согласился преувеличенно бодро. — Кира, ты прогноз на завтра видела?
— А что там такого интересного?
— Погода завтра шепчет.
— И что же она тебе шепчет? — Кира подвинула к себе бокал с пивом.
"— Кира… — он там мягко рассмеялся, но мурашки у нее на руках выступили не от его смеха, а от глотка холодного пива. — Поехали завтра в Петергоф?
Ну, надо же. Король импровизаций просто! То ленточку ему перерезать, то диван выбрать, то в Петергоф с ним съездить! А в перерывах пропадаем в никуда — ни звонка, ни сообщения.
— Никак не могу, Максимилиан Валерианович, — ее тон такой же демонстративно бодрый. — Я завтра на рыбалку собралась.
А вот называть его по имени было ошибкой. Дядя Паша тут же замахал руками, забасил конспиративно: «Да шут с ней, с рыбалкой, Кирюха! В другой раз съездим!».
— Ты не одна? — вопрос вылетел сам с собой — когда Макс услышал на заднем фоне низкий мужской голос, говорящий что-то про рыбалку.
— Не одна, — и все. Никаких комментариев. И ведь она ему не обязана отчитываться, где и с кем. А спросить хочется ужасно.
— Жаль, — и вздохнул совершенно искренне. — В смысле, жаль, что у тебя планы. А мне тут… — упрямство никак не желало утихомириться, хотя, казалось бы, чего еще надо — от встречи отказывается, разговаривает через губу, рядом с ней там какой-то другой мужчина. Но Макс отчего-то упрямо продолжил разговор. — Мне тут мать Ляльку подсунула.
Ляльку? Ляльку?! Кира тут же представила Макса с младенцем на руках. Картина абсурдная. И волнующая.
— В смысле — ляльку?! — с нее тут же слетело все напускное равнодушие. — Тебе маленького ребенка доверили?!
— Ни фига себе — маленького, — фыркнул МАлыш. — У нее нога сорокового размера. Лялька — это сестра. По матери. Кошмарный четырнадцатилетний подросток, которого мне сбагрили на две недели — для окультуривания. Эй! — он сказал что-то мимо трубки.
