Но прежде, чем я поседеть успеваю от мыслей, что лезут в голову, Лиля решает сжалиться надо мной.
- Все в порядке, - похоже на ремиссию для безнадежного больного.
И дальше… Поток слов. Возмущенных, яростных.
Лиля не позволяет мне ничего сказать. Ни-че-го!
Накричать на нее хочется, заткнуть, заставить выслушать. Но это лишь отпугнет ее. Я и так напортачил будь здоров.
Вдох-выдох.
- Где ты, рыбка? – спрашиваю тихо и о-очень аккуратно. Жду, взорвется или нет.
Она же просто… отключается.
Исчезнуть из ее жизни требует? Теперь это невозможно. Я и с того света Лилю достану.
Собираюсь сбавить скорость перед светофором. Но какого-то черта педаль не реагирует. Стрелка на спидометре вниз не двигается.
Какого…
Мой верный лексус неожиданно подвел меня? Да бред!
Красный…
А я все еще на полной скорости мчусь в ад. Единственное, что могу сделать – свернуть на обочину. Чтобы не утащить за собой еще кого-нибудь…
***
На следующий день. Лиля
Накрываю голову подушкой, уши зажимаю, но трель пробивается сквозь пух – и прямиком в мозг.
Звонки не прекращаются. В такую рань! Цербер совсем чокнулся.
Значит, отключу телефон! Я еще вчера хотела это сделать… Или нет… Смешанные чувства меня разрывали. И я до сих пор мечусь между разумом и сердцем.
Сложно.
Отключу телефон!
Но вместо этого подношу трубку к уху.
- Мейер, я же просила не звонить мне больше! – рявкаю строго, не глядя на имя контакта.
- Рыбка Лиля? – всхлипывает Софи.
Резко сажусь на постели, глаза протираю. Смотрю на дисплей: она с номера моего отца звонит. Ничего не понимаю! Мне это снится?
- Бусинка? – зову с нежностью и тревогой, но, вспомнив, что она обижена на меня, исправляюсь. - Ой, Софи? А ты…
- Папа в аварию попал, - каждое ее слово убивает.
- Что-о? – кричу так громко, что уже через секунду на пороге Алиса появляется. Заспанная, в пижаме примчалась.
Взволнованно взглядом меня сканирует, подходит ближе, на край кровати садится.
- Я случайно разговор услышала, - ревет Софи мне в трубку, а у меня самой сердце рвется. - Михаил сказал, что папа разбился и сейчас в больнице. А меня не пуска-ают, - переходит на истерику.
- Так, бусинка, - окликаю ее.
Чушь какая-то! Не мог Артур в аварию попасть. Он осторожен всегда за рулем. Нет!
- Маме не могу дозвониться, - судорожно жалуется Софи. – Не отвеча-ает, - воет так, что мне плохо становится. - Сначала мама меня бросила, потом ты уехала, а теперь папа... Вообще умре-ет, - опять истерика.
И, кажется, у меня тоже вот-вот начнется. Свободной рукой за живот держусь. Невольно это делаю.
- Софи! Никогда не говори так, маленькая глупая бусинка! – лепечу сквозь ком в горле. - Все будет хорошо, слышишь?
- Я в больницу хочу-у, - тянет горько.
А я хочу, чтобы все это оказалось страшным сном. Чтобы я очнулась, а в трубку опять Артур бы хамил.