Автор
Что-то холодное и металлическое скользит по горлу, как будто когти удава. Голову медленно придвигается в сторону мужского хриплого голоса — именно он. Все тот же дерзкий, самоуверенный тип, только теперь женатый. Бросаю последний взгляд на его безымянный палец, чтобы убедиться: кольцо — другое, не то, что сгорело в озере....
Мужчины любят вкус охоты, пусть твой Ярик почувствует себя настоящим хищником!"
"Мне стало дурно от слов Марины. Я любил ее, ещё как любил! Боготворил, заваливал подарками, отправлял на отдых, а сам с утра до ночи вкалывал в офисе. Но потом я успокоил себя тем, что у каждой бабы есть свой способ добиться расположения мужика и удержать его интерес. Ведь она права: если бы я трахнул ее в первый день, то не факт, что у нас завязалось бы что-то серьезное.
Казалось, у нас была настоящая идиллия в отношениях.
Марина вспылила, сказала, что рано, она ещё не пожила для себя, да и фигура испортится, но потом вроде бы согласилась. Правда, прошёл год, потом второй, а ребёнка все не было. Мы сдали множество анализов, тестов, и все говорило о том, что оба здоровы. Никаких проблем нет.
– Не переживай так, Олежик, значит, ещё не время. Наш ребеночек придёт к нам, когда мы этого не будем ждать.
И я реально забил на это. Старался не думать, не смотреть на чужих детей. Ведь правду говорят: желанное приходит всегда неожиданно. Но вот вместо долгожданного ребёнка ко мне пришла правда. О моей суке жене.
– Ой, да какой ребенок, Ритусь?! Ну сама подумай: ожирение, какашки, пеленки – я защитила себя от этого ужаса. Поставила спираль и все дела. – Я вернулся с работы на два часа раньше, с букетом красных роз, и застыл на пороге гостиной.
– Конечно, Олег не знает. Он даже потащил нас сдавать анализы. Благо Вера Алексеевна понимающая женщина, с которой всегда можно договориться. Что? Да как он может узнать? Разложит меня, что ли, на гинекологическом кресле и проведёт осмотр? Вот ты смешная. Я не хочу обременять себя спиногрызами. Мне нравится моя жизнь. Хочу – в Милан лечу, хочу – в Париж, чтобы купить сапожки. Эх, как же хорошо, что я отшила тогда Пашку.
Я с трудом заставил себя отойти от двери. Но ещё труднее было удержаться и не ворваться в комнату, требуя объяснений. Я был дураком. Самым настоящим.
