Автор
Михаил решительно решил создать семью, даже не думая о возрасте или будущем. Его мечта пронзила сердце друга Майкла Трейси, который смотрел на него с удивлением и обеспокоенностью. В воздухе витает легкий акварельный свет, а вокруг тихо шуршат первые листья осени.
Его руки переместились на ее плечи, кончик языка скользнул по пухлой нижней губе, а после осторожно толкнулся в полуприоткрытые губы — точно спрашивая разрешения войти.
Маша приоткрыла рот, покоряясь его воле со всем неистовством. По ее телу пробежала дрожь предвкушения: именно таким она представляла себе свой первый поцелуй. Поцелуй с Михаилом.
Его твердый влажный язык проник в ее рот, переплетаясь с ее языком в каком-то первородном, древнем, как сам мир, танце. Михаил уже не сдерживал себя, утонув в новых, неожиданно приятных чувствах, буквально растворившись в них.
Но громкий, настойчивый стук в дверь нарушил очарование момента.
— Кто?! — спросил Михаил, не давая разрешения войти.
— Всего лишь капитан, — послышался смущенный донельзя голос Барета. — Я пришел сообщить вам, что спасательная команда прибыла.
Тихий, недовольный рык вырвался из горла Михаила.
Маша охнула и принялась смущенно оправлять футболку. Неужели уже утро? Она и не заметила, как прошла ночь. А ведь казалось, что конца ей не будет и края.
— Наверное, нам стоит выйти на палубу, — предложила она."
"Бросилась собирать вещи, усердно делая вид, что слишком занята сборами и совершенно не думает о том, что едва не произошло только что. Правда, ее пунцовые щеки свидетельствовали об обратном.
Но жалела ли?
Михаил не мог этого знать. Он наблюдал за ней краем глаза, но понял, что ей лучше побыть одной. Собраться с мыслями, прийти в себя. Захватив свои вещи, он вышел на палубу. Каково же было его удивление, когда заметил не только спасательный катер, но и Майкла в сопровождении какой-то пышной девушки. Увидев Михаила, последняя чуть не набросилась на него с кулаками:
— Где Маша? Почему она не выходила на связь?
— Спокойнее, Хилари, — придержал ее Майкл.
Он лукаво посмотрел на друга, и тот прокашлялся в кулак.
Конечно, Михаил мог рассказать о намеренной поломке двигателей, о течи в днище лодки и о том, что они едва не затонули в каменистой бухте. Но сейчас, в эту конкретную минуту, когда опасность была позади, его волновали совсем другие вопросы.
— Расскажу все по пути домой, — предложил он. — Заодно и обсудим некоторые детали.
