В холодной зимней тишине Анна шла по покрытой снегом улице, каждый шаг создавал новую каплю льда на обледенелых дорожках. Окунаясь в черную землю, которой накрывали белыми хлопьями, Малышка со шрамами вызывала у нее болезненный мандраж от ее хрупкости и силы одновременно....
Горячий влажный пар, с ароматом трав и специй, плотным облаком вытек нам на встречу, закрывая собой обзор."
"- Да чтоб тебя! – Услышала я сердитый голос и громкие шлепки в тон ему. – Говорила же! Говорила тебе, следи за бульоном! Поганец такой!
Немного рассеявшийся пар позволил увидеть странную картину, которой я с трудом нашла бы объяснение, если бы не гневная речь дородной женщины, крепко зажавшей между своих полных ног тощий зад какого-то мальчишки. Он, молча и терпеливо, но все же пытался вырваться из ловушки, пока Клавдия с чувством и смаком опускала звонкие шлепки на тощую задницу провинившегося.
- Где мне теперь взять шалфей?! Где, я тебя спрашиваю!? Детина ты слабоумная! Остолоп! – Последний, финальный удар и она позволила ему юрко выскользнуть и ящеркой проползти между мной и Леоном, не забыв при этом поклониться свой грязно рыжей головой. – Что бы духу твоего на кухне больше не было!!! – Кричала она ему в след, полная уставшего гнева, но стоила мальчишке пропасть в полумраке коридора, женщина, наконец, обратила внимание на незваных гостей.
Пошарив рукой, она нащупала тросточку и поднялась, пытаясь пойти ко мне навстречу, но я успела ее опередить, усаживая обратно.
- Ну что ты дочка. – Отмахнулась она, и только сейчас я смогла заметить извитые толстыми венами ноги, которые даже на вид были рыхлыми и слабыми.
Она подняла на меня свои глаза, без единой морщинки из-за излишней не здоровой полноты, и мягко опустила свою ладонь на мою. Перед глазами вставали картинки из детства, так ярко подкрашенные неизменным ароматом кухни и знакомым с пеленок лицом, которое только чуть-чуть изменилось со временем, восполняя это на белоснежных седых волосах, под простым чепчиком.
- Не говори глупостей. – Отмахнулась я, присев на корточки прямо у ее колен, совершенно не беспокоясь о наряде.
- Как ты повзрослела. – С распевкой слов свойственной старикам, сказала она, не прекращая улыбаться, пряча слезинки в уголках глаз. – Какая красавица.
Я опустила голову на ее пухлые колени и закрыла глаза.
Вот уже не думала, что эта старушка доживет до этого дня. Мысленно, я уже готовилась к тому, что многие кого я знала в этой крепости, не встретят меня по разным причинам.
