Автор
На тротуаре идет мимо мамочка двойняшек, ее телефон забит звуками пропущенных сообщений. Вдруг она останавливается и начинает плакать в незнакомый голос: "Рада, случилось чего? Ты какая-то бледная..." Это первые строки загадочного романа, где обычный случай становится источником глубоких мыслей и эмоций....
Но, тем не менее, ее броня, крепость дает трещину и начинает разрушаться.
Еще и помощь приходит оттуда, откуда ее не жду. И я в будущем долго буду вспоминать слова своей старшей дочери.
– Мама, давай поедем к дяде Луке! Хочу жить с Пашей и Машей! Они такие классные, и я уже так их люблю! Пожааааалуйста!
В миллионный раз убеждаюсь, что у нашей дочери огромное сердце, и ее доброты и любви хватит на всех. Рада правильно и достойно воспитала нашу малышку, и я всегда ей за это буду благодарен и преклоняю перед ней колени.
Рада поджимает губы, прикусывает нижнюю, отворачивается в сторону, как будто о чем-то размышляет. Глубоко дышит, то сжимая, то разжимая кулаки, и все же тихо произносит:
– Пойдемте наверх, кажется, Маша действительно проголодалась. И нам надо собрать вещи.
И в миллион сто первый раз жалею, что моя жена – не Рада.
Глава 45
Рада
Я сама до сих пор не понимаю, как мы с Кнопкой оказались в загородном доме Луки. Как я могла на это согласиться?! Я подписала себе смертный приговор собственными руками.
Во-первых, я с детьми, да, это очень здорово, и мое истосковавшееся сердце ликует. Но ведь все это временно. До того момента, как Алиса не начнет справляться сама. Хотя, тут все тоже очень неопределенно.
Во-вторых, Алиса, разумеется, не в восторге от нашего приезда. О чем громко и с возмущением сообщает, едва мы все вместе переступаем порог.
– Что здесь происходит? – она царственно спускается по лестнице со второго этажа, глядя на меня с Кнопкой, как на челядь. Олюшка жмется ко мне и обнимает за ноги.
– Мама, я боюсь эту страшную тетю, – шепчет Кнопка, но так получается, что слышат ее все.
– Вот и замечательно, – Алиса бьет словами с презрением, – раз боишься, то и делать тебе здесь нечего!
– Алиса! – Лука одергивает жену, окидывая ее прищуренным взглядом. – Прекрати немедленно. Рада с Олей поживут некоторое время у нас.
– Что?! – она буквально кричит, и Оля жмется ко мне сильнее, начиная дрожать. Дети также чувствуют настроение матери и разражаются плачем. – Что все это значит, Лука?!
Я, не обращая внимания на вопли Алисы, раздеваюсь, бросая вещи прямо на пол, помогаю снять одежду Олюшке и перехватываю люльки из рук Луки.
– Вы пока тут разговаривайте, а детям жарко, их надо переодеть и поменять им подгузники, – заявляю, как ни в чем не бывало. – Где здесь детская?
– На второй этаж и первая дверь направо, – спокойно отвечает Лука, не обращая внимания на голосящую жену. – Я помогу тебе.
– Не надо, я справлюсь. Вам надо поговорить.
