Автор
На тротуаре идет мимо мамочка двойняшек, ее телефон забит звуками пропущенных сообщений. Вдруг она останавливается и начинает плакать в незнакомый голос: "Рада, случилось чего? Ты какая-то бледная..." Это первые строки загадочного романа, где обычный случай становится источником глубоких мыслей и эмоций....
И только позже я пойму, что то, что я указала именно свою почту, а не Алисы или Луки, спасет мне жизнь.
Подъехав к дому, замечаю под навесом машину Алисы, и желание проходить внутрь пропадает.
– Кнопка, ты сильно устала? Не хочешь помочь мне выгулять братика и сестренку?
– Хочу! – радостно вскрикивает Олюшка и мчится к дому, чтобы вместе с Сашей вытащить коляску во двор.
За домом Луки есть небольшая роща с хвойными деревьями. Я очень люблю сюда приходить: здесь тихо, спокойно, поют птички и невероятно пахнет лесом, да и малыши во время таких прогулок спят очень крепко.
Мы делаем уже не знаю, какой по счету круг, как Кнопка, которая до этого бегала между сосен, собирая шишки для какой-то поделки с отцом, вдруг срывается и бежит вперед.
– Папа! – раскидывает руки в стороны и кидается ему в объятия. Лука, конечно же, подхватывает, кружит Олюшку в воздухе, весело смеясь, и крепко обнимает дочь.
Да, Кнопка снова называет его папой – он получил амнистию. Лука действительно уделяет дочери гораздо больше внимания: старается приезжать с работы пораньше почти каждый вечер, после ужина идет с ней играть, внимательно выслушивает обо всех событиях за день, потом идет с ней чистить зубы и читать сказку на ночь.
– И я рад тебя видеть, Ежик, – целует дочь в носик. – Соскучился по вас и постарался приехать пораньше.
Он опускает Кнопку на землю, которая тут же начинает снова носиться по тропинке, и неспешно подходит ко мне.
– Здравствуй. Не против, если я присоединюсь к прогулке? – смотрит с такой теплотой во взгляде, что я теряюсь и смущаюсь.
– Конечно, нет. Как ты узнал, что мы тут?
– Увидел машину Алисы, – усмехается, и его глаза грустнеют, становясь задумчивыми. – Как прошел прием? Что сказала врач?
Лука заглядывает к детям и улыбается, глядя на мирно спящих малышей.
– Я звонила тебе, но ты был недоступен, – спешу оправдаться, чтобы он не думал, что я недобросовестно исполняю свои обязанности.
– Я знаю, было совещание, у меня сел телефон.
– Врач сказала, что мои малыши молодцы. Сказала так держать, а еще у Маши действительно газики, она дала мне список разрешенных препаратов…Лука?
Кажется, что мужчина совсем меня не слушает, пристально и задумчиво изучая мое лицо, и мне становится не по себе. Как будто я сказала что-то не то…
– Извини, задумался. Давай я покачу.
