Автор
В темных улочках я прячусь от ночи, стремительно приближаясь к дому. Но внезапное сопротивление людей за руки превращается в панику: изнутри накатывает тошнота, когда пытаюсь вырваться. Выходим на свет, и я начинаю борьбу со страхом, ощущая, что не могу дольше так терпеть....
Ступаю за ними по пятам, опустив голову."
"Входим в дом и все трое сразу же направляются к деревянной, темной массивной двери. Поразмыслив, разворачиваюсь и иду наверх, так как меня они не приглашали.
Скидываю обувь и падаю на мягкую постель, которую вчера так и не опробовала сном.
Позвонила маме, узнала, как у нее дела, о том, что она долетела и уже заселилась в свой номер и на вопрос «Чем занималась я», ответила почти честно.
– Мамуль, а я устроила себе день шопинга. Столько всего накупила.
– Какая умница. Вот и правильно.
– Ой, а еще зашла в магазин белья. Дорогой правда, но устоять не смогла, – перекатываюсь по кровати, прогибаясь всем телом, потягиваясь и в очередной такой переворот открываю глаза, а на меня таращится Далер, облокотившись о дверной косяк, сложив руки на груди. – Мам, я перезвоню.
Быстро скидываю звонок и подскакиваю.
– Что за наглость? А постучать? Нет? Не приходило в голову? – начинаю громко причитать. – Если дверь не заперта, то в нее можно войти?
– По крайней мере, это пока еще мой дом и его двери для меня открыты, неважно кто скрывается за ними, – входит он, заполняя собой пространство, казалось бы, большой комнаты.
– Значит я переезжаю в соседний отель, чтобы быть уверенной, что никто не ворвется ко мне, когда ему заблагорассудится. Научитесь уважать людей.
– Опять забываешься?
– Да хватит меня уже запугивать. Боюсь я вас, не сомневайтесь, но это не значит, что буду послушно терпеть подобное.
Далер подходит к той самой софе и садится на нее.
Смотрит на меня, блуждает глазами то по лицу, то по телу, что захотелось одеялом накрыться.
– Все купила?
– Да, – будто ему не приходили уведомления на телефон о тратах. – Покупки занесли в дом? Или мне самой идти за ними?
– Самой? Ты пока шла от машины, я слышал клацанье зубов твоих от страха, – выдает с насмешкой. – Или все-таки желаешь снова выйти на улицу?
«Что еще за вызов? Или провокация?»
– Почему нет? Мне же ничего не угрожает тут, не так ли?
Он встает и подходит ко мне.
«Зачем всегда так близко?»
– Не заиграйся, красивая, – трогает пальцами подбородок, поднимая мою голову вверх. – Покупки принесут в комнату, а сейчас иди к сыну. Он в комнате.
Высокий, опасный, нагоняющий страх… волнующий… Нет!
Подушечки пальцев скользят по моей челюсти очерчивая ее, заправляет за ухо прядь моих волос, а после выдыхает, обдавая своим обалденным парфюмом, одергивает руку.
Разворачивается и идет на выход, но вдруг останавливается.
