Автор
Встреча с опасным криминальным авторитетом Халиловым Далером круто меняет жизнь героини. Вынужденная стать няней его сына, она оказывается в его доме, из которого невозможно сбежать. Между ними разгорается запретная страсть, способная разрушить все.
– Тогда, почему она тут? – понимаю, что борзею со своим расспросом, но мне даже в принципе интересно, ну и немного ревностно. Почему-то кажется, что она не просто женщина, которую попросили помочь.
– Ты не видела какой там пиздец творился.
Наверное, я должна быть ей благодарна?
– А где Мурад? – упоминание имени не вызвало положительных эмоций, и он сквозь зубы ответил, что не знает.
– Почему в клинику не поехали?
– Нельзя.
– У него своя огромная… – замолкаю, когда он поворачивает голову и немного устало смотрит в глаза.
Ладно, потом спрошу обо всем, не представляю, что он сейчас чувствует, если я сама в состоянии робота.
– Поможешь мне спустить кроватку Рамиля вниз?
– Ты что вздумала в комнате ночевать?
– Вдруг что-то…
– Не дури. Завтра проснется скажет кто куда пойдет.
– Но…
– Даш, я серьезно. Вдруг мелкий разбудит его? Пусть отдохнет, – замирает с нечитаемым лицом и выдает обреченно:
– Хотя бы сегодня.
Вздохнула понимая, что он прав.
– А кто тогда будет рядом?
– Малая, три ночи, иди спи, а мы сами разберемся.
– Ага, конечно.
«Взяла и послушала».
Рамиль просыпается за ночь один раз и не закатывает истерики. Успею добежать если что.
Взяла радио-няню и спустилась к Далеру, отметив, что девушки уже не было.
С собой у меня был плед, но кресло, к сожалению, не раскладывалось, поэтому я легла с краю, чтобы не задеть рану.
Долго смотрела на него. Боялась не увидеть движение грудной клетки, боялась… И это был страх не просто оказаться рядом с чужой смертью… За него страшно… за него.
– Воды, бля, дайте, – услышала сиплый голос сквозь сон и быстро вскочила коленями на кровать.
– Далер? Воды… сейчас, сейчас, подожди. Только не шевелись.
Оббегаю постель, наливаю из графина воду и прикладываю трубочку ему к губам.
Пьет и смотрит на меня.
Держу в ладони его голову, помогая, чтобы не сильно напрягался.
Откидывается вновь назад на подушку и начинает говорить.
– Какого хрена я тут делаю, а не в своей комнате?
– Потому что вчера, после наложения повязки нельзя было тебе шевелиться.
– Какой, – дергается и тут же вскрикивает, сморщившись от боли.
– Не надо, – кладу руки на его грудь, которая обнажена и виднеется темная поросль жестких волос. – Пожалуйста лежи, Далер.
Аккуратно глажу и все же выпрямляюсь.
– Насколько все серьезно? – сглатывает расслабившись.
Сажусь рядом с его бедром.
– Пара недель на заживление раны после операции, а там не знаю. Я не специалист.
– Ясно. Как Ян?
– С ним хорошо все. Ночью уехал.
