Внезапные роды прервали мою планенную поездку. Я потеряла полчасу на километровую пробку из-за аварии. Теперь мне предстоит добраться до работы за несколько минут быстрее, чтобы не получить выговор. Страсти беременности готовят меня к роли мамы для своего ребенка.
Похоже, «Мама для наследника» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я стояла вплотную к скале, понимая, что отступать дальше некуда. Затравленно глядя то на бездействующего Мариара, то на приближающегося Дэйса, идущего к нам по дуге от повелителя, я понимала, что нахожусь в захлопнувшейся ловушке.
– Отдайте мне моего сына, – сказал Дэйс, протягивая руки, – и я уйду, оставив вас в живых. Иначе… – Чародей бросил взгляд на вершины соседних гор. С одной из них тут же начался обвал, правда, пока не в нашу сторону. – Иначе я похороню здесь всех.
Глава 5
Главное решение
Я не могу позволить, чтобы после такого пути все закончилось ничем.
– Мариар, пожалуйста! – Я готова на все, лишь бы не отдавать сына проклятым чародеям. Остаться в этом мире, умереть самой – все что угодно.
И повелитель очнулся. Клинок с характерным звуком покидает ножны, на его лезвии отражается солнечный свет. Я зажимаю рот, чтобы не закричать. Что меч может противопоставить чарам? Будто в замедленной съемке, я вижу, как Дэйс протягивает руку, вспоминаю вспыхнувших только что солдат и…
Ничего не происходит.
Перед глазами мелькает картинка из других воспоминаний. Болезнь сына с высокой температурой и чародеи, разводящие руками. Златокрылые невосприимчивы к чарам, это их особенность. Вот почему Дэйс так смело стоял на мосту – чародеи не представляют для него серьезной угрозы.
Дэйс морщится, наверняка вспоминая свои же слова, но не отступает. К сожалению, то, что чары не действуют на Мариара, не значит, что они не действуют на окружающие его предметы.
– Мариар, справа! – Правитель чудом успевает отпрыгнуть и увернуться от двух летящих булыжников, каждый вполовину его размером."
"А булыжники идут на новый заход. Повелитель отбрасывает мешающий движениям щит, перекатывается, меч остается лежать на земле.
