Меня окутывает аромат его любимого парфюма и, возможно, дома ночью я снова прореву в подушку до утра, но если сейчас у меня есть возможность провести с ним и Ромашкой пару часов, почему я должна себе в этом отказывать?
— Я кочу уски Микки Мауса, — тянет нас за руку Роберта, вдоволь накатавшись на каруселях и накачавшись на качелях. — Класненькие. И Лисе уски тозе надо, — смотрит на отца непоседа.
— Как скажете, — щелкает малышку по носу Руслан и послушно идет за дочкой к торговой палатке. Отец до мозга костей.
Который любит свою дочь так, что другим отхватить такую большую частичку его сердца только снится.
— Лиса, — зовет мужчина, когда я, задумавшись, стою в сторонке.
— М-м-м?
— Я поду на клоуна посмотлю! — уже снова улепетывает Роберта со смешным ободком в виде ушек мультяшного мышонка на голове к толпе детишек, собравшихся вокруг уличных артистов театра кукол.
— Что ты…? — пригибаюсь, когда Беркутов с улыбкой от уха до уха подходит ко мне и пытается напялить на голову точно такие же, как у Ромашки, уши.
Только розовые, в горошек.
— Стой ты, — смеется мужчина своим грудным раскатистым смехом, что невольно заставляет замереть. — Подойди, я не кусаюсь.
— Ну, я бы так уверена не была, — выпалила себе под нос и только потом сообразила, что Руслан услышал, а глаза вмиг стали чернее ночи. Но он быстро берет себя в руки. Тянет за локоток, придвигая явно ближе, чем требовалось и, отводя падающие на мое лицо пряди волос, напяливает-таки на меня эти уши, тихонько посмеиваясь.
За что и получил удар ладошкой в плечо.
— Ты с ними очень даже мило смотришься.
— Издеваешься?"
"— Нет. Все вопросы к Роберте Руслановне, — ухмыляется негодяй, тем самым слегка разряжая накаленную между нами обстановку. Но сделав свое “смешное” дело, руку с моей талии не убрал. И, словно не замечая моего смущения, приобнял сильней, придвигая ближе к себе, и повел к дочери.
Сколько мы проторчали в парке, я даже не скажу. Обойдя все возможные и невозможные аттракционы, наевшись до отвала сладкой ваты и побесившись на зеленой полянке, мы заехали пообедать в детское кафе.
Роберта не замолкала ни на минутку, постоянно что-то рассказывая и спрашивая и активно вовлекая нас с отцом в беседы. Если бы не ее детская беззаботность и безудержное веселье, вряд ли бы мы так спокойно смогли сидеть с Русланом за одним столиком и мило переглядываться.
Инцидент, случившийся на работе, все еще висел между нами недосказанностью.
