Что ж… придется оставить у него на столе. Неожиданно все наше начальство куда-то запропастилось, по-видимому. Со стола Олеси беру стикер, делаю на нем пометку “Подписать и в отдел кадров:)” и, наклеив его на папку, дергаю ручку директорского кабинета. Без задней мысли делаю шаг и замираю…
— Черт! — вылетает, когда вижу, куда запропастилась секретарша Беркутова и чем она занимается. — Простите… — и красная, как рак, вылетаю из кабинета, слишком сильно хлопнув дверью. Внутри кольнула непонятно откуда взявшаяся досада, а сердце несется вскачь.
Мчу по коридору, прижав к себе эти несчастные документы, а перед глазами так и стоит неприятная до зубного скрежета картина обнимающихся Руслана и Олеси. И руки девушки, положение которых, к несчастью, успела хорошо запомнить: одна обнимает мужчину за шею, а вторая бесстыже устроилась на его… че-е-ерт! Вот только ты могла так влипнуть, Мальцева!
Но зато хоть теперь точно понятно, что секретарша не просто метит в постель к Беркутову — она уже там.
Плохо соображая, куда меня несут ноги, в конец концов упираюсь в стену.
Блин!
А когда слышу позади:
— Алиса!
И, оборачиваясь, вижу, как, чеканя шаг, летит ко мне Руслан, не придумываю ничего умнее, кроме как залететь в первую попавшуюся дверь и…
— Проклятье!!! — шепчу, врезавшись в тележку уборщицы и повалив с десяток швабр. Кто же знал, что эта дверь ведет в комнату технички. Убегать. Нужно срочно отсюда убегать, пока внушительная фигура Беркутова не появилась и не закрыла своими широкими плечами эти жалкие два на два метра каморки…
— Стоять! — рявкнул не заставивший себя долго ждать начальник, вырисовываясь на пороге.
— Куда?
— Туда, — неуверенно киваю головой, вот только разбежалась, ага. Кто-то меня выпустит. Наоборот, Руслан сделал шаг и закрыл за собой дверь, отрезая мне все пути к отступлению.
Глава 18. Руслан
— Поговорим? — спрашиваю спокойно, хотя это мало помогает. Она стоит, вжавшись в стену, и трясется, как мышонок. Удивительно.
А где же вся ее спесь?
— Думаю, не стоит, — глаза не отводит, молодец девочка."
"— Что ты делала у меня в кабинете?
— Ну, уж точно не то, что ваша Оле… — язвит, да тут же прикусывает язычок под моим убийственным взглядом. А он такой. Даже не сомневаюсь. Потому что внутри гуляет зверский голод. И злость. На себя, на нее, на любовницу и на гребаные шутки вселенной. — Простите, Руслан Данилович. Вот, — отрывает от себя папку и протягивает мне.
