Книга "Мама для трех лисят" таит в себе мрачную и трепещущую атмосферу дворцовых скрежетов. Здесь Кайрнех Лабрайд Мор — двуликий генерал, магистр теней — отражает опыт и отчаяние поколений магистров. Ноэль же, окруженный врагами, показывает крайность человеческого достоинства и слезы последнего утопления. Встреча двух страстей: власть над тенями и душевное существо человека, словно заклинание века....
Сестрички, переговариваясь, покинули комнату, а я позвала Милки – узнать, чем заняты дети.
– Да там не протолкнуться от теней, – проворчал мой помощник, – так и норовят вытряхнуть меня из тела. Они сильней. Я не смогу ничего разведать.
– Тогда отдохни, наберись сил, – проговорила я.
И Милки, огорченный своей слабостью, поспешно добавил:
– Но я знаю, что они сейчас в саду. Госпожа Зайра собиралась показать им уникальную флору, собранную в королевском парке. Там какие-то искампляры, которых нет больше нигде.
– Экземпляры, – поправила я духа. – Что ж, лисятам будет полезно посмотреть.
– А вот и магистр, – добавил Милки. – Снова будете на софе лежать?
– Нет, – вспыхнула я.
– Жаль, – вздохнул Милки, – от вас столько вкусной силы растеклось по комнате.
– Милки! Ты что, наблюдал за нами?! – ахнула я.
На что теневик удивленно произнес:
– Зачем? Я ел, просто посматривал, чтобы лишнего не ухватить.
Вернувшийся Кайр попал на середину моей вдохновенной лекции на тему: «Почему нельзя находиться в одной комнате с целующимися людьми».
– Бесполезно, – магистр коснулся губами моей щеки, – дома спальни надежно экранированы от теней, а здесь… У низших теней соображалка отключается, когда они чувствуют свободную магию.
– Эм, а Дамьен…
– Что ты, он ничем не отличается от человека, – рассмеялся Кайрнех. – Высший теневик сам вырабатывает магию, а не подбирает крохи за другими. Хотя от осознанного дара магии он не откажется. Но это немного другое.
Кайр протянул мне руку и, когда я вложила пальцы в его ладонь, создал зеркало, лицом к которому и развернул меня.
– Я случайно заметил их и понял, что они созданы для тебя.
Не отследив, откуда он достал шпильки, я широко раскрытыми глазами наблюдала за тем, как он аккуратно закалывает их.
Массивные, способные удержать мою копну волос, они были выполнены из черненого серебра с добавлением белого металла. Лунное серебро или белое золото – не могу понять, но… С наверший шпилек стекают тонкие цепочки, оканчивающиеся подвесами в форме капель.
– Ты с ума сошел, – прошептала я. – Ты сошел с ума. Как ты мог их случайно увидеть?!
– Просто теперь сначала на украшения с дорнскими алмазами смотрю я, – усмехнулся Кайр, – а уже потом они расходятся по ювелирным лавкам.
– Кайр…
– Твои глаза сияют, Ноэль.
– Не из-за алмазов, – я повернулась к нему, оставив зеркало за спиной, – из-за тебя. Твоего внимания ко мне.
