Книга "Мама для трех лисят" таит в себе мрачную и трепещущую атмосферу дворцовых скрежетов. Здесь Кайрнех Лабрайд Мор — двуликий генерал, магистр теней — отражает опыт и отчаяние поколений магистров. Ноэль же, окруженный врагами, показывает крайность человеческого достоинства и слезы последнего утопления. Встреча двух страстей: власть над тенями и душевное существо человека, словно заклинание века....
А я, посмотрев на него, пожала плечами:
– Кайр заклинает комнату, чтобы нам никто не помешал, Райсара в истерике, вы поите ее зельями – чем наша беседа может вам помешать?
– Да обидно просто, – буркнул старик, – вам интересный собеседник, мне – жадная истеричка.
Кайрнех вздрогнул, медленно выдохнул и открыл полыхающие золотом глаза.
– Я оставлю тебя здесь, если ты солжешь или откажешься отвечать, – просто и буднично произнес он, не сводя взгляда с белой как смерть Райсары. – Это понятно?
– Д-да. Мои клятвы…
– Остались в мире живых.
– Волк в маске лиса, – Райсара облизнулась, – он пахнет волком, в простой серой одежде. Всегда новой – как будто перед встречей покупает ее в лавке. Одежда пахнет лавандой и миндалем. Волк пахнет лесом и перегноем, слабак.
– Опиши маску.
– Цельное дерево, апельсиново-оранжевый цвет, черные тонкие линии. Самоделка – видно, что рука дрожала. Маска всегда одна и та же, пропиталась волчьим запахом.
– Чем тебя шантажируют?
Я подалась вперед, и только быстрое движение Дамьена не дало моей юбке коснуться свечного огня.
– Спасибо, – одними губами произнесла я.
Теневик кивнул и перевел взгляд на куро-лису. А та как раз лицедействовала – по нежной коже бежали крупные слезы, губы мелко дрожали, а голос… У супруги герцога Терна такой голос я слышала лишь раз, когда та выпрашивала диадему их дорнских алмазов. Не выпросила, кстати.
– Они отравили меня. Теперь я живу, лишь пока получаю противоядие.
– Как оно выглядит?
– Не знаю, мне дают невкусный холодный чай.
– Замолчи, – оборвала я ее, – закрой рот, Райсара.
Резко подавшись вперед, я краем глаза заметила яркий всполох, но мне было не до того. Я пыталась продавить лисицу взглядом:
– Не смей винить невиновных.
Кайрнех мягко мне улыбнулся и куда более жестко обратился к лисице:
– Что ты должна сделать для них?
– Следить за тобой, доложить, когда ты надолго покинешь дом, – процедила лиса.
– Ты знаешь, кто похитил детей?
Я замерла. Если она только…
– Нет.
От сердца немного отлегло. Значит, лисица не совсем вырожденка. Хотя все равно, так относиться к своим детям… Для лис это признак безумия.
– Ты предполагаешь или догадываешься, кто похитил детей? – продолжал давить Кайр.
– Я… Я думаю, что тот же волк, – проронила Райсара. – Ты не находился в доме.
– Ты проводила людей в мой дом?
– Да.
