Она же, в свою очередь, оказалась чрезмерно щедра к этому мужчине! В нем было идеально все, буквально все, кроме тяжелого характера!
Теперь я не знала, как оправдаться и снять с себя груз ответственности за испорченный экспонат из мира искусства.
— Я обращусь к специалистам, посмотрю, что можно сделать, — добавил скупо. — Буду держать тебя в курсе.
Я с мольбой посмотрела на Эмина Муратовича, готовая разрыдаться и рухнуть на колени с мольбой. Потому что у меня совсем не было денег на восстановление отколотых фаллосов!
Эмин посмотрел мне прямо в глаза.
Я застыла, чувствуя, как внутри нарастало напряжение, как от него расшатывало, закручивало по спирали эмоций. Каждый виток — еще безжалостнее и разрывнее предыдущего.
Второй раз за последние пять минут я испытала, как с сердцем творилось странное: оно было готово вновь разлететься на мириады осколков!
Я задрожала, не зная, чего ожидать. Просто смотрела и тонула в глазах чайного цвета: эти крошечные темные крапинки притягивали мой взгляд и впивались мне под кожу.
Чудовищно острые мурашки заскользили вдоль всего позвоночника, волоски приподнялись дыбом.
Кошмарно, но я чувствовала только его взгляд — и больше ничего! Даже тяжесть теплой, большой руки друга-соседа перестала ощущаться на моем плече.
Все пропало. Растворилось. Стало мелким и незначительным… Кроме босса, который не прекращал смотреть и изводить меня своим взглядом, выпивая силы и выдержку, вытягивая их по капле.
Вместо них начал возрастать уровень жара во всем теле, достигая критической отметки. Я боялась, что могу закипеть в любой момент, а затяжная пытка не прекращалась, продолжала тянуться. Потом он снизил градус пристального внимания ко мне, выдохнул куда-то в сторону.
— Результаты генетической экспертизы будут готовы послезавтра. Не уезжай из города, Аня.
Эмин задержался еще на секунду, словно хотел сказать что-то, но лишь медленно и в упор посмотрел на Дениса.
Я бы сказала, таким взглядом смотрят на мишень… Воздух накалился.
В ушах шумело, кровь бежала по венам, как бурный водопад.
— На пару слов, Аня, — собственный голос прозвучал выдержанно и прохладно.
Но я чувствовал так, словно через меня пропустили высоковольтный ток. Внутри все кипело, я был напряженным и взбудоражен.
