В Маме по контракту Виктория Вестич создает душевную атмосферу о жизненных тяжёлых испытаниях молодого человека, пережившего неудачи в учебе и житье-бытье. Опасаясь опять остаться без крыши над головой, главный герой цепляется за любую работу, даже когда это выглядит нелепо — например, как мать по контракту. Атмосфера драматична и печальна, но книга затрагивает глубокие мысли о социальных проблемах и человеческом самопознании....
Похоже, «Мама по контракту» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Дорогу назад прохожу быстрым шагом, если бы могла — побежала, но с малышкой на руках неудобно. Вдруг снова заплачет? А если этот мужик услышит, наверняка меня прибьет! На подходе к дому поневоле еще больше ускоряю шаг. Только бы не украли сумку!
Выглядываю из-за раскидистого куста, что растет рядом с подъездом, но в уже знакомом окне никого не вижу. Из примятой клумбы торчит край моей сумки, и я облегченно выдыхаю. Слава Богу, успела! Вот теперь почти бегом несусь к ней, выхватываю ее за ручки из поломанных цветов.
На меня летит огромный черный внедорожник. Махина несется, не соблюдая никаких правил, прямо по тротуару. Едва успеваю отпрыгнуть в сторону, и она пролетает буквально в паре метров от меня! Тяжеленная сумка на плече перевешивает назад и, я, потеряв равновесие, со всего размаха плюхаюсь на землю. Больно до слез, но хуже всего, что малышка пугается и начинает громко плакать.
Под оглушительный визг тормозов джип тормозит возле дома, останавливаясь прямо на злополучной клумбе под окном, где только что стояла я.
— Тише, моя хорошая, — успокаиваю Лесю, а у самой слезы из глаз катятся от боли и испуга.
Пока я с трудом встаю с земли и снова вешаю тяжелую сумку на плечо, пытаясь одновременно укачать и отвлечь малышку, из черной махины высыпают люди. Огромные бугаи бандитской наружности. Мне кажется, или у одного из них в руках мелькнул пистолет? Они быстро о чем-то переговариваются, один из них, самый рослый, отдает короткие приказы.
На мгновение я даже забываю о боли. На автомате укачиваю малышку на руках и, открыв рот, слежу за происходящим. Ощущение такое, будто я попала в какой-то плохой фильм про девяностые.
Один из оставшихся амбалов замечает меня и молча кивает в мою сторону своему напарнику:
— Эй, Бритый, глянь, там девка какая-то странная.
«Бритый», как назвал его здоровяк, оборачивается ко мне, смеряет подозрительным взглядом, изучая, как мелкую букашку. Через секунду у меня душа уходит в пятки, потому что этот бугай направляется прямо ко мне. В панике оглядываюсь, ища пути к бегству, и понимаю, что вокруг появился народ. Становится не так страшно. Вот если бы ночью с таким я встретилась на улице, то точно бы живой не ушла… слишком у него лицо бандитское.
