Утро в женской консультации стало последним, что увидела и почувствовала моя старая жизнь. Я шагала с уверенностью в плоском животе, настроившись на позитивный лад. Двенадцать недель — это очень ответственный период, и я ждала这一天的到来，带着对未来的无限憧憬。
"Елена Соловьева
Цикл ""Дрэгонвилль"". Книга 1
Мама по призванию
Глава 1
Этот день должен был стать самым лучшим в моей жизни, а стал последним… Последним в родном мире.
Утром, подбадривая себя и настраивая на позитивный лад, я шагала в женскую консультацию, машинально поглаживая живот. Пока плоский, но это ненадолго. Двенадцать недель — очень ответственный период, мамы поймут. С тех самых пор, как тест показал заветные две полоски, я ждала этого самого дня. Мечтала увидеть на УЗИ уже не просто плодное яйцо, а сформировавшегося маленького человечка.
Было раннее весеннее утро, всюду зеленело и цвело. И я порхала как бабочка, продвигаясь вдоль узких улочек. По дороге заскочила в любимое кафе за пончиками с вишневой начинкой. Решила себя побаловать и купила целую коробку.
А на выходе заметила темноволосого мальчика лет трех, ревущего навзрыд, и его встревоженную маму.
— Аркаша, перестань устраивать концерты, — обреченно ворчала она. — То, что ты хочешь, просто невозможно. Пойми же ты, наконец!
Аркаша понимать не хотел, а после слов матери упал на крыльце булочной и завыл пожарной сиреной.
— Можно вам помочь? — предложила я несчастной матери.
— Боюсь, что нет, — выдохнула она. Махнула в сторону гипсового повара, стоящего возле булочной. В его руках был поднос с такими же гипсовыми булочками и пончиками — красивыми на вид, но, увы, несъедобными.
— Дать потрогать пробовали? — предположила я.
Аркашина мама кивнула и погрустнела сильнее. Дунула на взмокшую и прилипшую ко лбу челку. Светловолосая, слегка бледная, с грустными карими глазами женщина казалась какой-то неземной, слишком красивой для нашего мира. Мне очень хотелось ей помочь. Тем более что самой вскоре предстояло научиться справляться с детскими капризами и хотелками.
— Позволите мне кое-что попробовать? — спросила я у матери.
Она устало отмахнулась:
— Все, что угодно, лишь бы он успокоился. Мне на работе надо быть через полчаса, а Аркашу еще в садик успеть довести.
Другого разрешения мне не требовалось.
— Эй, малыш?.. — заговорщически проговорила я, опустившись на корточки. — Смотри, что у нас тут.
