Автор
В зимние дни, когда вьюга сгустила тучи над городом, Мамаша Бармалей стала источником радости и тепла. На кухне она мастерски прялась разноцветные фонари из бумаги, украсив уголок домочадцев. Каждый вечер Роза Леопольдовна напоминала о бодрствующем мире вне окон, и все с нетерпением ждали заутреню — самое светлое время в этот мрачный сезон....
Она все вокруг выжигает и всех убивает.
Никита встал.
– Мы пойдем, дадите мне телефон Анатолия Петровича? Пусть он во всем разберется.
Ирина закричала:
– Эльвира, Алиса, вы едете домой! Со мной! Ваше место рядом с матерью!
– Нет, – хором ответили молодые женщины.
– Я же ваша мать! – возмутилась Голкина. – Я же вас родила, воспитала!
– Вы не мать, – выпалил Валерий, – вы мамаша Бармалей. И убийца!
Старшая дочь Ирины вскочила и, забыв попрощаться, выбежала из офиса. Никита и Алиса поспешили за ней.
– Стойте, стойте, – завопила Голкина и схватилась рукой за голову, – я умираю, всё кружится.
Володя нажал на кнопку в столе.
– Врача, быстро.
Валера и Николаша осторожно уложили Голкину на диван. Вскоре появился врач, он померил давление Ирине, сделал какой-то укол и спросил у нее:
– Наверное, вы заключили контракт с каким-то медцентром?
– Да, – ответила та, – позвоните в «Медврачдесять».
– Что с ней? – спросила я.
– Давление, как у космонавта, сердцебиение в норме, – шепнул врач, – думаю, это небольшой спектакль.
– Понятно, – пробормотала я, услышала писк телефона, взяла трубку и прочитала эсэмэс от Краузе: «Киса разбила окно у Людочки в спальне. Соседка в шоке». Я показала сообщение Володе.
– Несись домой, – велел Костин, – интересно, как Кисуня ухитрилась раскокать окно в квартире, которая находится ниже вашей на этаж? Если она бросила со двора камень и ухитрилась его так высоко швырнуть, то девочку завтра же надо показать тренеру сборной России по метанию ядра.
Эпилог
Выехав на проспект, я застряла в пробке и позвонила домой.
– Привет, – закричала Киса, – ты где?
– В пути, – ответила я. – Что произошло с окном Людочки?
– Это случайно вышло, – затараторила девочка, – наверное, веревка была короткой.
– Веревка, – повторила я, – какая?
– Бельевая, – объяснила Кисуля.
– Ничего не понимаю, – призналась я.
– Погода плохая, – зачастила Киса, – снег валит стеной! Вот я и решила помочь Розе Леопольдовне вытряхнуть помойку, она у нас полная-преполная!
– Молодец, – похвалила я Кису, – но лучше дождись меня, вместе сбегаем. Уже стемнело.
– Во-первых, я давно не маленькая, – заявила Киса, – во-вторых, ведро уже пустое. Но оно сейчас у тети Люды дома!
– Не поняла, – воскликнула я.
