Вечером, Маша лениво смотрела новости соцсетей на диване, пока вдруг раздался звонок. Вот здесь-то и началось: подруга безуспешно пыталась заполучить свою любовь. Ситатура накаляется, когда Маша наконец решается на честное слово — и все оборачивается неожиданными поворотами....
"
"– Прекрасно, можете не терпеть, – глубокий спокойный голос правителя заставил всех замереть. – Я могу вас попросить переехать в другое место. Чтобы никого терпеть не приходилось, – Ульрика вздрогнула.
– Мой лорд, – Альвёт тут же вскочил из кресла и отвесил низкий поклон, Ульрика присела в глубоком реверансе. – Мы…
– Именно вы, – взмахом руки Эйнар прервал намечающийся поток слов, – оплатите ремонт. Возражения есть? – задал вопрос, не требующий ответа. – Возражений нет. Я так и думал. Дальше. Я запрещаю появляться на территории дворца без моего особого разрешения.
Грай видела, как брат и его жена едва сдерживаются, чтобы не высказаться. У них явно много возражений, но высказать хоть одно не посмеют: Эйнар довольно прозрачно намекнул, что их может ждать.
В открывшийся портал чета драконов буквально пятилась. Грай была уверена, что скандал продолжится в замке.
– Как Маша? – спросила сразу, как портал закрылся.
– Плохо, – Эйнар устало опустился в кресло, теперь не перед кем было держать лицо. – Асвёр еще хуже. Никогда не думал, что он может вот так… – он не закончил мысль, но Грай поняла.
– Асвёр, при всей своей веселости и бесшабашности, очень одинок, – Грай положила ладонь на плечо Эйнару. – Вереница интрижек только усугубила это одиночество. А ему нужна не та, кто будет смотреть в рот и ловить каждое слово, и не та, с кем можно не вылезать из постели.
– Маша? – Эйнар потерся щекой и руку Грай.
– Маша, – грустно улыбнулась драконица. – Но этот упрямец уперся и не сдвинуть. Уже бы давно нашел способ отпустить её. Кого-то он мне напоминает, а кого – не могу вспомнить.
Эйнар, повернув голову, посмотрел на хитрую тетушку Грай.
– Иди к Инге, дальше сами разберемся, – драконица, похлопав его по плечу, пошла в комнату. Ох и натворили бед.
Машу уложили прямо на покрывало, и сейчас она вся была окутана золотистым сиянием. Спала или без сознания – непонятно. Фроуд, прикрыв глаза, что-то монотонно шептал. На племянника было больно смотреть. Весь в пыли, он сидел на полу, спиной привалившись к кровати и закрыв глаза. Одной рукой держал за щиколотку ее мужа.
– О, нет, – выдохнула тетушка.
