В лесу разведки, он уточнил данные о танковом корпусе Клейста. Во время доклада командир группы периметра доложил об обнаруженном аэродроме с несколькими Ан-2. Определенный тип самолетов указал на перемещение временного контекста. Хотелось бы разобраться, что там происходит в этих летних днях....
Только после этого мы все пошли к немецким транспортерам. Возле них уже были замеченные нами красноармейцы. Они хозяйственно собирали трофеи под присмотром крепенького сержанта. Когда один из моих солдат нагнулся поднять винтовку убитого немца, то сержант моментально среагировал: — Не тронь!
Семенов вопросительно посмотрел на меня.
— Оставь, это их победа, им и распоряжаться. У нас бронемашина еще не осмотрена."
"Услышав это, сержант обрадовано воскликнул: — Так это ваших рук дело?
— Наших сержант, а мотоциклистов морячки к ногтю прижали.
— Оце добрэ!
— А вы кто будете добры-молодцы?
— Командир первого огневого взвода полковой батареи сорок первого мотострелкового полка сержант Нефедов.
— Капитан Валентир.
— Старшина Бабкин. — Вслед ха мной представился флотский.
Тут из подбитой нами бронемашины вылез красноармеец и вытерев руки куском тряпки, обратился к сержанту: — Товарищ серж... — Но увидев его кивок в мою сторону, повернулся ко мне. — Товарищ командир, разрешите обратиться к товарищу сержанту?
— Обращайтесь.
— Товарищ сержант, использовать трофейную технику не представляется возможным!
Увидев мое удивление Нефедов пояснил: — Во время боя сгорел один тягач, другой две пушки с передками и прицепами не потянет. Вот думал использовать немецкую технику.
— А что с этими? — Кивнул в сторону немцев.
— У одного разбит прямым попаданием мотор, у второго разбита полностью левая гусеница вместе с катками.
В этот момент к старшине подбежал вынырнувший из кустарника матрос и протянул лист бумаги.
Кратко, но тепло попрощавшись с этим почти незнакомым моряком и на всякий случай обменявшись с ним радиоданными, принялся осматривать подбитые артиллеристами транспортеры. К моему удивлению они оказались разных моделей. Тот у которого был разбит двигатель, оказался не гусеничным, а колесным, типа нашего БТР-152, но с угловатой башней, из которой торчала небольшая автоматическая пушка.
