Самоходный артиллерийский дивизион под командованием подполковника Нечволодова вместо учений попадает в 1941 год. Советским военным предстоит пережить ужасы начала войны с нацистской Германией, изменить ход истории и выжить в самые критические дни для России.
— Может к нам сможет заехать? У меня весь личный состав со средним образованием, но все равно опытных специалистов не хватает, конечно выкручиваемся, но сидим как на пороховой бочке.
— Передам твою просьбу ему, ну и командиру однозначно! Даст добро, поможем!
— А я сейчас лично проконтролирую, что бы полевой кабель к летунам проложили. У них в БАО связисты вообще никакие, за радистов даже говорить не буду — азбуку по слогам читают, даже двадцать знаков в минуту не осиливают.
С умным видом я поддакивал лейтенанту, хотя для себя отметил, что с образованием против нашего времени тут просто швах. Военнослужащий с десятилеткой вполне может претендовать на лейтенантское звание, а окончивший институт по техническому профилю на кое что повыше. И не сильно удивлюсь, что наш Бак тут будет на уровне профессора радиосвязи. Меня как инженера-машиностроителя удивляла простота многих инженерных решений этого времени. Вот например здешняя ""полуторка"" и наш ""Урал"" или ""сто тридцать первый"" — как небо и земля! От размышлений меня отвлекли двое краснофлотцев с катушками кабеля и автоматическими винтовками. Они ловко прокладывали толстый двухпроводный кабель в нитяной изоляции, умело маскируя его на местности. И только перед самой полуторкой открыто укладывали его на кусты.
Заинтересовавшись этим процессом я переместился так, чтобы была видна внутренность фургона. Один из телефонистов установил рядом с матросом-радистом раритетного вида телефон с откидывающимся клапаном микрофона. Такой я видел только в фильмах про революцию. Тем временем телефонист ловко подключил кабель к аппарату, крутанул индуктор и откинув клапан начал вызывать: — ""Сосна"", ""Сосна"" я ""Штык"", как слышите меня? Прием!
— ...
— ""Сосна"" понял вас, конец связи!
И повернувшись к радисту, добавил: — Коля, связь с летчиками установлена, позывной ты слышал, керуй!
И уже выходя из фургона спросил: — Правда, что теперь летуны будут знать сколько и куда немцы будут летать?
— Ты, Петр соображай что говоришь! — Ответил радист, многозначительно кивая в мою сторону.
— Ладно, приказ выполнен, на камбузе уже уха готова, пошел я Коль... — Телефонист ловко спрыгнул на землю и скрылся за кустами.
От последних слов матроса у меня снова заурчало в животе, тем более ко мне торопился один из солдат — звать кушать.
