Автор
В Марате любовь взрывается на лицах, заставляя пересекаться не только судьбы, но и самые глубинные секреты человеческих душ. Каждый отражение - ключ к пониманию другого, в мире где улыбка может быть лифтом или трамваем в ад. В этой истории ты будешь свидетелем стремительного преобразования, когда обыденность превращается в шокирующее изображение нравственных выборов и любви....
Видишь, сидя засыпает, — выдавливаю из себя смех. Получается не очень убедительно. — Отец вернулся?
— Примерно час назад. Он недоволен, что я отпустил тебя без охраны, — массирует мне затылок.
— Ты же уладил? В конце концов ты мой муж, а значит можешь принимать решения без его участия.
— Тебе было плохо в торговом центре? — его рука замирает на моем затылке.
— С чего ты взял? — поднимаю на него взгляд и стараюсь не дрожать от волнения.
— Рори, ты же понимаешь, что кроме моей, есть еще скрытая охрана твоего отца.
— Ничего особенного. У меня скоро месячные. Организм немного расшатался. Так бывает, — стараюсь быть убедительной.
— А сына с собой зачем взяла?
— Так, а куда я его дену? Они с Мией ждали меня там в коридорчике, картинки на стене разглядывали. А потом мы еще гуляли по магазинам. Вот, кстати, — поднимаюсь, показывая ему новый лук.
— Отлично. Тебе все идет. Ты у меня очень красивая, — обнимает, прижимает к себе. — Помнишь про свое обещание? — мурлычет мне в ухо.
— Помню, — подставляю ему щеку для поцелуя, но он ловит губы. Отталкиваю, показываю взглядом на Дениса.
Егор сдается, болтает с малышом и дает мне время переодеться к ужину.
Пока стою под душем, стараясь уловить на себе остатки запаха Марата, прокручиваю в голове сценарий сегодняшнего совместного вечера с мужем.
В столовую спускаюсь в воздушном длинном платье.
— Моя девочка, ты прекрасна, — отец расплывается в улыбке и идет обниматься. — Манипулируешь своим мужчиной пока меня нет? — шепчет на ухо.
— Просто попросила.
— У нас был уговор, — напоминает папа.
— Я сделала все, что ты от меня требовал. Я вообще всю свою жизнь делаю то, что тебе нужно!
— Учти, детка, если мои люди узнают, что в этом торговом центре был тот выродок, я сдержу слово. У тебя не останется ни его, ни ребенка.
— Мы просто гуляли, — отталкиваюсь от отца. — Я живой человек. Мне просто необходим был свежий воздух без твоих горилл.
