Автор
В Марате любовь взрывается на лицах, заставляя пересекаться не только судьбы, но и самые глубинные секреты человеческих душ. Каждый отражение - ключ к пониманию другого, в мире где улыбка может быть лифтом или трамваем в ад. В этой истории ты будешь свидетелем стремительного преобразования, когда обыденность превращается в шокирующее изображение нравственных выборов и любви....
— Я думал, ты поехала искать работу, — строго смотрю на мать.
— Я поехала, сынок, но встретила тетю Алю, мы разговорились, и я решила позвать ее в гости. Как зовут девочку?
— Аврора, — подает голос моя мечта.
— Очень красиво. Ну чего вы встали? Проходите. Чего ты там купил? — заглядывает в пакет. — Пельмени. Сейчас водичку поставлю. А вы не стойте в прихожей. Проходите, проходите. Аврора не стесняйся. Я очень рада увидеть своего сына с девочкой. Ты знаешь, — кричит она уже из кухни, — Маратик еще никого домой не приводил и нам с отцом не показывал.
— Правда? — улыбается Ро, кладет ладошку мне между лопаток. — Все нормально, Мар. Ты чего так напрягся? Это же мама. Меня вот так никогда не встречали.
— Правда, — отвечаю на ее первый вопрос. — Пойдем.
Беру ее за руку и веду сразу в свою комнату. Ничего выдающегося. Кровать у стены, застеленная темным покрывалом. Старые постеры с любимыми актерами, музыкантами и симпатичными девочками. Мотоциклы, само собой. В основном рисованные. Баловался одно время, в школе еще, когда на уроках было скучно.
Убираю со стула свои домашние шорты, носки. Все небрежно запихиваю в шкаф, пока Ро осматривается, водит пальчиком по одному из самых удачных рисунков байка.
— Красиво.
— Это лет пять назад было. Я давно уже не рисую. Теперь только пишу, — смеюсь, намекая на коды.
— И гоняешь, — улыбается она.
— И это тоже. За мать извини. У нас сейчас непростой период, — оправдываюсь.
Не люблю это делать и перед кем-то другим не стал бы, но перед ней реально неудобно.
— Поедим здесь? — предлагаю мечте.
— Ты обещал показать, как готовишь, — напоминает она.
— Я не знал, что у нас будут гости. Ладно. Пошли попробуем. Мужчина ведь должен держать слово, — подмигиваю Авроре.
Беру ее за потеплевшую ладошку и веду за собой на кухню. На столе нехитрая нарезка, криво поломанная шоколадка в фольге, открытая бутылка вина и два бокала.
— Боже, как это сексуально. Мужчина у плиты, — вздыхает мамина знакомая."
"— Аля! Да он мальчишка еще! Наливай лучше. Выпьем за первую девочку сына, которую я увидела.
