Автор
В Марате любовь взрывается на лицах, заставляя пересекаться не только судьбы, но и самые глубинные секреты человеческих душ. Каждый отражение - ключ к пониманию другого, в мире где улыбка может быть лифтом или трамваем в ад. В этой истории ты будешь свидетелем стремительного преобразования, когда обыденность превращается в шокирующее изображение нравственных выборов и любви....
Смотрю на эти губы и вспоминаю, что я не только давно без женщины, но и без резинок, а значит использовать могу только этот игриво улыбающийся рот. Провожу по нему пальцем, думая, в какой бы угол утащить девчонку.
— Пойдем, — она берет меня за руку, тянет за собой.
Уходим от толпы. Позволяю толкнуть себя к стене. Ее пальцы ловко расстегивают мне ремень и ширинку. Холодная ладонь ныряет в штаны и обхватывает твердый член.
— У меня давно никого не было, — предупреждаю ее."
"— Так даже интереснее, — она освобождает мой стояк от одежды и плавно опускается к нему.
На хуй все! Я не нужен ей! Забыли!
И не спросив имени той, что решила мне отсосать прямо на улице, не боясь, что нас увидят, сам грубо вдавливаюсь ей в горло, запрещая себе закрывать глаза, потому что там та, кого я не могу больше видеть.
Глава 27. Однажды все пройдет
Глава 27.
Аврора
Ничего не налезает! Недавно обновляла гардероб, но малыш быстро растет, а вот вещи нет, к сожалению. Отец отпустил меня с Мией по магазинам. Только туда еще надо в чем-то доехать. Из подходящего на меня налезает только белое с крупными цветами платье. Приятная ткань струится по коже, по круглому животику и заканчивается немного выше колен. С кровати за мной наблюдает ленивый, откровенно избалованный Барни.
— Нравится тебе? — улыбаюсь ушастому другу и кручусь перед ним.
Он забавно наклоняет голову то в одну сторону, то в другую, будто и правда рассматривает.
— Ладно, будем считать, что нравится. Вариантов все равно нет.
Достаю из шкафа удобные туфельки на небольшом квадратном каблуке и возвращаюсь к зеркалу заниматься волосами. Они сильно отрасли. Мама Мии сказала, что стричь их во время беременности — плохая примета. Не то, чтобы я суеверна. Обстоятельства вынуждают прислушиваться с каждой мелочи.
Существование моего сына — само по себе чудо.
Отец носится со мной как с фарфоровой. Он даже уезжать стал реже, а мне хочется, чтобы было наоборот.
