После шороха в темноте я понимаю, что ничего не было — только темные простыни и тихий мир. Поднимаюсь с постели, стараясь осознать, где же Марат. Черт, всегда надеюсь, хоть и знаю, что верить трудно. Комната мрачна и уныла, а свет из окна лишь усиливает это ощущение.
Чудовищную наглость. И хочу. Ведусь на животные рефлексы, как тупая самка.
Он просто смотрит на меня, а такое чувство, будто уже трахает, вдоль и поперек своим здоровенным членом обрабатывает. Он касается меня, а под кожей растекаются разряды электричества, сотрясают плоть болезненно-сладкими судорогами, заставляют сильно сомневаться в собственной адекватности.
Боже. Я не могу здесь оставаться. Я не должна.
Бросаюсь к двери, поворачиваю замок, отворяю. Не оборачиваюсь назад, не задумываюсь о грядущем наказании. Выскакиваю наружу.
Почти ничего не соображаю. Мчусь по коридору босиком. В чем мать родила. Едва ли представляю, что предприму дальше, как сбегу, куда именно. Слепо следую порыву.
Расплачусь. Наверняка. Но позже.
Вниз по лестнице. К началу кошмара. С трудом разбираю дорогу. Толкаюсь в разные двери, ищу выход из чертового дома. Комната за комнатой, гоню сомнения, игнорирую недобрые предчувствия.
Застываю как вкопанная. Замираю. Превращаюсь в лед. А после осколками на пол обрушиваюсь.
Я опять здесь. В той самой чертовой комнате, где все и завертелось изначально. Стол, покрытый черной скатертью. Как саван. Гроб. Жертвенный алтарь. И обрывки моего свадебного платья. Лоскуты белоснежной ткани. Поруганные, растерзанные.
Дрожу. От жара? От холода? Не знаю. Не понимаю. Поднимаюсь, на негнущихся ногах обхожу комнату по периметру, толкаюсь в разные двери, ощупываю стены. Но выхода не найти.
Подхожу к столу, сдергиваю скатерть, оборачиваю вокруг себя. Пытаюсь прикрыть наготу. И вдруг замечаю нечто странное. Вглядываюсь в пол. Всматриваюсь.
Проклятье. А вдруг это шанс? Путь на волю? Судорожно сглатываю. Вряд ли. Не могло мне настолько сильно повезти. Но попробовать стоит. Других вариантов точно не светит.
Решетка в полу рядом со столом. Прежде прикрытая скатертью вязь металлических прутьев теперь оказывается обнажена. Всю свою силу прикладываю, чтобы сдвинуть тяжеленный предмет.
Еще, еще. Черт, черт. Не поддается.
Однако там точно есть проход.
Вот только куда он ведет?
Забываю дышать. Закашливаюсь от волнения.
Плевать. Это не повод сдаваться и отступать. Не рискну сейчас, буду жалеть. Надо хотя бы попробовать. Пробиться туда любой ценой.
Логика шепчет, что внизу ничего хорошего по определению быть не может. Затхлый подвал. Грязища. Крысы. Пауки.
