После шороха в темноте я понимаю, что ничего не было — только темные простыни и тихий мир. Поднимаюсь с постели, стараясь осознать, где же Марат. Черт, всегда надеюсь, хоть и знаю, что верить трудно. Комната мрачна и уныла, а свет из окна лишь усиливает это ощущение.
Просто затрахает до смерти. Уничтожит своей громадной разгоряченной дубиной.
Я теряю рассудок. Окончательно и бесповоротно.
А мое тело обретает хозяина. Выгибается, подхватывает нужный ритм, истекает влагой, чтобы господину было комфортнее драть податливую плоть. Мое тело не просто сдается. Откликается. Отзывается. Жаждет. Накаляется.
Это чистое безумие. Яд.
Марат укладывается на постель, позволяя мне оказаться сверху. Физически. Но уж точно не морально. Морально я под ним. Навсегда, без вариантов.
Расстановка сил на поле нашего боя никак не изменяется.
Он что… хочет еще? Опять? Дальше?
- Наклонись, - говорит Марат.
Послушно подаюсь вперед. Мою грудь тут же сжимают сильные пальцы. Обводят, поглаживают. Крутят соски, заставляя взвизгнуть. Заключают в хватку, точно в бюстгальтер.
Ощущаю, как лоно еще сильнее увлажняется, преступно и предательски. Глухо постанываю. Смежаю веки. Скрыться бы. Сбежать.
Однако не суждено.
Марат начинает трахать меня. Опять. Просто крепко держит мои бедра. И долбит. Как здоровенным железным молотом.
- Правда надеялась сбежать? – спрашивает сквозь рычание.
- Правда, - выдаю судорожно.
Он заваливает меня на спину, подминает под себя и берет так, что даже с широко открытыми глазами не вижу абсолютно ничего. Сплошная чернота. Темный экстаз увлекает в пропасть, в бездну, на дно.
Рай в шалаше - 7
Я просыпаюсь от жесткого толчка внутрь.
Хотя свет здесь тоже есть. Приглушенный, мерцающий, мистический. Пламя свечи взвивается прямо перед моими глазами.
Но я же тушила свечу. Я же…
Еще один толчок. Еще более мощный и сокрушительный. Размашистый. Заставляющий пальцы на ногах поджиматься, выгибающий спину тугой. Болезненно-сладкий. Тягучий. Пьянящий.
Толчок в самую глубину моего лона.
- Марат! – вскрикиваю я.
Никто в целом мире не умеет так проникать. Брать жестоко и беспощадно, разрушать любую защиту, подавлять сопротивление. Никто в целом мире не ощущается так.
До сердца. До печени. Выдирая душу. Раздирая чувства по живому. Овладевая каждой клеткой, порабощая и подчиняя.
Четко ощущаю каждую вену на его громадном члене. Крупную обрезанную головку. Толстый ствол, растягивающий меня до одури жарко и властно.
