Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
— Если вы не смогли понять, куда подевалась Рисса, то я зря доверил вам Управление, — буркнул в ответ её мужчина. — А если поняли, то какого демона припёрлись?.. Нет… Она не будет сегодня тренироваться, — и уже совсем грозное рычание: — Потому, что я так решил. Читай на Книгоед.нет
Девушка довольно вздохнула, вяло потягиваясь приятно утомлённым телом. Как хорошо, что никуда не нужно идти.
Дверь тихонько приоткрылась и в спальню неслышно скользнул обнажённый Айсар. Увидев, что она проснулась, улыбнулся какой-то особой собственнической улыбкой и, уже не таясь, шагнул к кровати.
— Доброе утро, любимая, — его руки уверенно скользнули под одеяло, лаская юное тело, а губы накрыли её рот в страстном поцелуе.
— Доброе, — шепнула она, когда наконец-то смогла отдышаться.
— Тебе нужно позавтракать. Что предпочтёшь? Спуститься вниз, или я прикажу принести сюда?
— М-м-м. Даже не знаю вот. С одной стороны мне ужасно лень идти куда-то, а с другой я боюсь, что, если останусь с тобой тут наедине, ходить вообще не смогу.
— Ты же сама просила, чтобы я этот день провёл с тобой, — прищурив глаза, напомнил Айсар.
— Просила, а теперь вот думаю, не погорячилась ли я, — наигранно вздохнула девушка.
— Ну уж нет, дорогая. Просила? Получи меня на целый день, — зарычал мужчина, начиная стягивать с неё одеяло.
Рисса взвизгнула и попыталась удержать ускользающую ткань.
— Айсар, я не могу больше. У меня сил нет. Там уже мозоли.
— Ух-ты. Дай посмотрю, — и одеяло исчезло в неизвестном направлении, а наглые пальцы тут же нырнули в жаркое местечко.
— Прекрати, бессовестный. Уймись волк похотливый, — она, повизгивая и смеясь, изо всех сил пыталась увернутся от его рук, но была в миг обездвижена и прижата к постели большим телом.
— Вот кто меня вчера соблазнял, а? Кто целовал, кто раздевал своими нежными ручками? — он поднял эти самые руки у неё над головой, удерживая одной ладонью, другой же принялся мять мягкое полушарие груди.
— У меня было временное помутнение рассудка, — девушка попыталась изобразить невинный непонимающий взгляд, но проиграла собственному телу, издав тихий стон и изогнувшись так чтобы прижаться грудью к его руке.
— Помутнение, говоришь? Сейчас я тебе устрою помутнение, — и разведя бедром её ноги, он одним движением ворвался в уже готовое для него лоно, заставив гортанно простонать его имя, сходя с ума от острого удовольствия.
И снова мир померк, остались лишь они и единение двух тел.
