Неподалеку вражеские войска расчищают путь к столице. Молодая Марджорис внезапно бросается в кабинет своей матери Королевы Вестории, чтобы сообщить о серьезной угрозе безопасности короны и страны. Но вместо жалости она находит равнодушие, что заставляет принцессу замереть в непонимании перед непроницаемым лицом монарха....
Дан Айсар задавал вопросы мягким сочувствующим тоном, и что-то такое было в его интонациях, что ей хотелось ему довериться и она говорила, говорила, пока голос не охрип. Обо всём, что случилось перед смертью родителей, об эпидемии, о гибели отца и о маме, об отъезде из Бастэны и о нападении на отряд, об ищейке и всём остальном. Она вспоминала такие подробности, что сама себе удивлялась, а когда наконец выговорилась ещё некоторое время ехала оглушённая. Боль пришла тоже, но уже не такая сокрушительная. Навернувшиеся на глаза слёзы так и не пролились, заставив её поверить, что ей таки становиться легче.
— Скажите, принцесса. А примет ли Источник другого короля, не потомка вашего рода?
— Мне всегда говорили, что лишь наша кровь может принять и обуздать его силу. А почему вы спрашиваете?
— Просто размышляю. Это в принципе то, что и мне известно, только хотел уточнить. Насколько я знаю, Источник, это мощнейший артефакт, дарованный богами вашему предку и завязанный на кровь вашего рода.
— Артефакт? — непонимающе уставилась Рисса на собеседника.
— Ну его можно и так назвать. Вопрос в другом. Если Источник не примет другого правителя, на что рассчитывают заговорщики?"
"Принцесса в недоумении хлопнула глазами. Открыла рот, порываясь что-то сказать, потом закрыла, так и не найдя слов. А ведь действительно. Именно они с братом были последними наследниками рода, рождёнными правящей королевой, с рождения принявшие в себя крупицы силы Источника. Если их не станет, кто же тогда сможет принять власть?
— Мне ничего не известно о других наследниках.
— Но ведь теоретически возможно, что есть ещё кто-то. Скажем, рождённый вне брака, — осторожно заметил княжеский советник.
— Мама была верна отцу! — резко бросила Рисса, неспособная даже допустить мысль о подобной возможности. Это немыслимо! Кощунственно! Ужасно! — Да и как она могла бы скрыть внебрачного ребенка, беременность?
— Несомненно, для правящей королевы это затруднительно, — примиряюще улыбнулся дан Айсар.
— Я ничего такого не знаю, — сухо ответила, раздосадованная и, что уж скрывать, смущенная данным разговором, принцесса.
— Тут ничего удивительного нет. Внебрачные связи — это не то, о чём будут просвещать юную девушку.
Ей было неприятно думать в таком ключе о своей семье.
