Единственное, что он смог сделать — дать быстрое избавление от боли и мук: клинок в сердце Асмунда Мартин вонзил лично…
— Как вы вычислили его?"
"— Я же не стал пить, мутило сильно меня, он и растерялся… А седьмым за кружку его брат родной схватился… Он не выдержал и кружку из рук выбил. Шум поднялся, а тут Асмунд на палубу упал и корчиться начал… а за ним и остальные… — Мартин помолчал, давая утихнуть собственному бессильному гневу, и чуть спокойнее продолжил: — В тот вечер мы на ночлег к островку пристали.
Есть там один такой. Голые камни, один старый вулкан, и с ледника вода чистая, даже травы и зверья нет. Тогда и порешили, что мне и еще некоторым вернуться нужно. Ублюдок-то этот перед смертью много в чём успел признаться: даже что не знал, и то вспомнил! — хищно оскалился король. — С дядей… с лордом Нордвигом, — поправил он сам себя, — отношения давно уже портились. Очень он на своей земле людей притеснял. Да и хозяин был не из лучших. Худо люди жили, жалоб много было. Но все же, по чести сказать, такой подлости я от него не ожидал, — со вздохом добавил король.
— Первым делом, понятно, мы к отцу Ансельму сунулись. Под церковью убежище старое есть, про него почти никто и не помнит. Сразу-то к людям не рискнули: большая часть народу так и ушла с караваном: не мог я против собственного слова и договоренностей пойти. Мы и так одно из судов конвойных забрали, чтобы вернуться. Пришлось купцам скидку пообещать, чтобы не ссориться, — сухо добавил Мартин. — Ханса и еще двоих я к тебе сразу отправил.
Они в очередь ходили и по суткам там под крышей сидели. Только вот я сделал это больше для своего успокоения: не думалось мне, что Нордвиг на такую подлость решится. Отец-то Ансельм уже рассказал, что ты справляешься. — Он неожиданно скупо улыбнулся и сказал: — Тебя в городе Боевой леди зовут…
— Дальше что?
— Дальше… — король пожал массивными плечами. — Ну, сами мы, да с помощью святых братьев разбирались, кому верить можно, а кто с потрохами Нордвигу отдался.
По-хорошему бы, — печально добавил Мартин, — нам бы еще недельки полторы… Тогда бы и крови меньше пролилось. А так… — он только раздраженно махнул рукой и закруглил свою речь словами: — Как вышло, так вышло…
Мария молчала, пытаясь уложить в голове этот ворох сведений. Муж, сперва смотревший на ее равнодушное лицо с надеждой, снова начал все сильнее и сильнее сутулиться.
