Марш экклезиастов — читать онлайн бесплатно полностью

Но, в общем, здесь всё было великолепно. Разве что еда подкачала по части оригинальности. Привыкший к французскому и итальянскому разнообразию, немецкой (особенно баварской) своеобычности и португальской кухонной вдохновенности, Шпак был разочарован до глубины души простотой и безыскусностью кормёжки. То есть всё было качественно и по-своему вкусно, но такое он уже ел, и много раз. Шандыба, который оказался прикован к диете, как каторжник к пушечному ядру, сочувствовал другу слабо. Несколько раз он повторил: «Скажи спасибо, что мы не в Англии», — после чего просто перестал реагировать на сетования.

Шпак постепенно нашёл способ замещать бедность вкусовых ощущений: он ловил по телевизору русские каналы и смотрел напропалую все кулинарные передачи. Вот же, говорил он несчастным голосом, вот, смотри — всё так просто, а этим-то заразам кто мешает?..

Прошло дней шестнадцать-семнадцать. Однажды Шпак включил телевизор несколько раньше обычного. Шёл репортаж о каких-то очередных беспорядках в Москве. Кто-то стоял на трибуне и горячо толкал речь. Шпак насторожился: этот кто-то смутно напоминал кого-то ещё. Он присмотрелся и для верности позвал Шандыбу.

— Помнишь, в прошлом году лоха одного искали? — спросил Шпак. — Ну, который двести девяносто два зелёных лимона прибрал?

Шандыба присмотрелся.

— Да не, — сказал он. — Похож, да. Но тот вроде постарше был.

Теперь присмотрелся Шпак.

— Ну, постарше, да. А может, это его внук?

Снова присмотрелся Шандыба.

— Может, и внук. Внуки на дедов знаешь как похожи?

Картинка погасла, мелькнула новостная заставка (типа, конец, уже всё) — и началась реклама.

— Если внук, — сказал Шандыба, — надо его брать. По внуку и на деда выйдем…

На лохе, прибравшем без малого триста зелёных лимонов, можно было неплохо подняться. И, поозиравшись и повздыхав про себя, Шандыба стал звонить бригадиру Ираклию…

Сперва ты пробуешь продать что-нибудь ненужное: колечко царя Сулеймана, четки Адама, хорасанский платок…

Потом ты пытаешься объяснить состоятельному прохожему, что испытываешь временные денежные затруднения.

Наконец ты начинаешь мошенничать, воровать и грабить, поскольку ну не работать же!

— А говорил, что дети Сасана везде заодно! — ругался бенедиктинец. — Врал, что ты едва ли не ночной халиф… Первый аферист на весь Багдад… А ты днём ото всех рыло прячешь!

— Потому и прячу, — оправдывался аль-Куртуби, — что первый. Первому все завидуют. А дети Сасана тоже всякие бывают, и обид они обычно не забывают… Надо сперва убедиться, что меня тут никто уже не помнит…

— Убеждайся быстрее, пока мы не околели с голодухи, — сказал монах.