Марш экклезиастов — читать онлайн бесплатно полностью

Идти обратно было нелегко — пологий спуск обернулся утомительным подъёмом. Привалы делали часто — и во время одного из них Шпак, отвернувшись, чтобы поссать, увидел вдали среди деревьев освещённую солнцем белую стену с высоким окном!

Молодые люди не знают, чего хотят, но полны решимости добиться этого.

Самурай никогда не признаёт себя побеждённым.

Чем бы ни казался исход битвы — на самом деле это победа самурая. Даже смерть — это его победа.

Враги могут об этом и не догадываться…

Вода за эти несколько часов прибыла, и довольно сильно.

Можно сказать, она уже плескалась у самых ног. Цунэхару вновь повернулся лицом ко входу в подземелья и посмотрел на замОк. В нём кто-то оставил ключ: серебряный осьмиконечный крест, а вернее, зерцало Вайрочаны, Белого Будды. Не настоящее, конечно, зерцало — просто ключ такой формы. Человек, имевший право входить, вошёл — а тот, кто должен был ключ забрать, почему-то не пришёл за ним.

Разлилась река? Может быть.

Но почему-то казалось — тут другое.

Деревья, выросшие на крышах…

В любом случае — Цунэхару не был уверен, что ключ и замок примут его за своего. Он никогда прежде не касался этого ключа и не переступал через этот порог… а значит, мог и не переступить.

Подземелья не жаловали тех, кто пытался проникнуть в них не по праву. С тонкостями здешнего этикета Цунэхару так до конца и не разобрался, но хорошо знал: если ты чем-то не понравишься ключу или порогу, они могут сотворить с тобой что-то ужасное. Например, превратить в свинью.

Он глубоко вздохнул, низко поклонился двери, прижимая к груди уже ненужную сумку с фальшивой яшмой, поприветствовал дверь сердечными словами, вежливо испросил разрешения войти — и коснулся ключа.

Белая вспышка порвала небо…

Не бывает безвыходных ситуаций. Бывают ситуации, выход из которых тебя не устраивает.

Головы всех контрабандистов обмотаны были многими слоями мешковины, и тяжело было узнать, кто есть кто, а ещё труднее — что-то сказать или услышать.

Надо полагать, испарения Леты всё равно пробирались в лёгкие, иначе с чего бы Брюсу перестать понимать, сколько прошло времени? Сколько раз скрипнули вёсла и заполоскал при фордевиндах парус? И когда под тяжёлым форштевнем загрохотали камни, и ладья, приподняв нос и припав слегка на левый борт, замерла наконец, прервав бесконечное движение, внутри просто что-то оборвалось, словно закончился важный этап жизни.

Было почти темно, особенно над самой головой.