Автор
В мире, где каждая встреча может оказаться последней, Лукин продолжает свои миссии. Но теперь он один - разбитый и измученный войной с собственным сердцем. В поисках ускользающего врага "Панасоник-сан" раскрывает тайны прошлого и открывается новому дневному миру, где каждый шаг может быть последним. Атмосфера книги - это шепот мертвых слов и стук выстрела в пустом небе....
Есть у моего светлого образа милая особенность, не раз приходилось сталкиваться – уткнется какой-нибудь пассажир в метро в меня взглядом и сидит мучается: «Где ж он меня прежде видел?» Бывает улыбается, интересуется, как дела, как наши? А что нашим сделается? Они, как обычно, в порядке.
Баландин наконец перестает сверлить меня глазами. Видимо, так и не вспомнил.
– Имя-отчество у вас есть, товарищ майор?
– Так точно. Александр Васильевич.
– Александр Васильевич, – повторяет мой новый начальник, – славное имя, почти Суворов.
– За выполнение специальных правительственных задач, – четко рапортую я.
– Специальных, – насмешливо тянет Борис Афанасьевич. – Это по-нашему. Если не секрет, где?
– Йемен.
– Понятно. Вопросов не имею.
Какие уж тут вопросы? Операция, широко известная в узких кругах. Самое смешное, что я в этот момент там тоже был.
– Банников уже звонил насчет тебя, – начинает официальную часть мой собеседник. – Сказал, что ты будешь работать с напарником. Лично я этого не одобряю, но приказ есть приказ.
– Товарищ генерал, я просил Тимофея Прокофьевича дать мне в напарники кого-то из своих сотрудников…
– Знаю, знаю, – прерывает меня ФСБшник, – и твои резоны знаю, и резоны Тимофея Прокофьевича.
– Да он проверенный, перепроверенный, – простодушно заявляю я, словно не понимая, о чем толкует Баландин. – У него шесть лет работы на выезде!
– Нами, сейчас не проверенный, – уточняет Борис Афанасьевич. – Чувствуешь разницу? Ладно. Поверим вам с генералом Банниковым. Но смотрите, Александр Васильевич, за успех операции и поведение вашего напарника вы мне отвечаете головой.
Уверения Баландина о том, что он меня не пугает, я слушаю в пол-уха. Сейчас меня больше интересует фраза: «Поверим вам с генералом.» Весьма занятный перл ораторского искусства. У меня вдруг создается впечатление, что, несмотря на чин и подобающую чину вальяжность, генерал Банников не совсем четко представляет, в какой игре он участвует.
