Попаданец из будущего меняет судьбу Маршала Сталина, превращая его в соратника. Он исправляет военные ошибки и предотвращает репрессии, но сталкивается с угрозой покушения на самого Сталина. Начинается борьба за выживание в окружении власти.
— Что, но? Советский Союз стоит на пороге новой мировой войны и у нас каждый конструктор на счету. Не хватало еще их терять от таких болезней. Вы ясно поняли меня?
— Да, именно так. Полторы тонны. С передком, забитым снарядами свыше двух тонн.
— И наш новый, легкий тягач ее легко потянет?
— Вряд ли, — поджав губы, ответил Грабин.
— Л-38 — орудие превосходное, способное на дистанциях в несколько километров уверенно поражать все существующие танки противника. Но оно слишком тяжелое. И верхним порогом массы основного противотанкового орудия является ограничения «газика». А ведь он должен тащить не только саму пушку, но и запас боеприпасов к ней, расчет с водителем и их скарб.
— Почему мы так прицепились к этому пикапу? Может ограничиться лошадьми? Отработанное решение. И трехдюймовую ПТО потянут.
— Мобильность не та. А ведь противотанковые орудия должны быть одними из самых мобильных видов вооружений в сухопутной армии, будучи способными быстро и максимально скрытно занимать наиболее выгодные позиции. Ничего мощнее «газика» на роль легкого тягача Советский Союз выделить не может. Он ведь даже с ним жилы рвет.
— Тогда, — задумчиво произнес Грабин, — Л-38 действительно не подходит. Облегчить ее так, чтобы она осиливалась «газиком» еще теоретически можно. Но явно без экипажа и запаса боеприпасов.
— Работа идет, но, без особого энтузиазма. Я внес дополнения и изменения, которые вы просили учесть.
— Боевую массу и общую длину уменьшили?
— Да. Смещение точки подвески качающейся части ствола назад позволило заметно уменьшить общую длину. А введение нового развитого дульного тормоза помогло серьезно облегчить все орудие. Сейчас его боевая масса укладывается в восемьсот килограмм.
— Что-нибудь путное вышло с нашей идеей?
— Да, — улыбнувшись произнес Грабин. — Кривошипная ось колес поворачивается на сто восемьдесят градусов и вкупе с парой опорных домкратов позволяют не только снизить силуэт орудия, но и серьезно побороться с раскачиванием орудия на подвеске.
— Значит, все-таки смогли решить проблему того, как укладывать орудие на грунт… Отлично! А что со временем развертывания?
— Из-за кривошипной оси колес все сильно упростилось, так что это время уменьшилось до секунд пяти-шести у обученного расчета.
— Хорошо, — кивнул заинтригованный Тухачевский. — Готовьте орудие к испытаниям. И унифицируйте колеса с «газиком». Я, так понимаю, это не должно вызвать затруднения?
Совещание длилось долго.
