Но это, видимо, продиктовано определенной запущенностью региона, который для Москвы — глухие задворки. Однако нас прекрасно поняли и подготовили достойный ответ на наш главный интерес.
— То есть нам дали по ушам как маленькому, шкодливому мальчишке? — с нескрываемой насмешкой произнес старик.
— Если бы это было так, то Советы нанесли удары по нашей территории. И уничтожили, например, аэродромы. Учитывая обстоятельства, они вполне в состоянии были продолжить наступление и оккупировать Маньчжурию. Но это не было сделано. Почему?
— Вы же знаете ответ, чего тянете?
— Потому что Советы не хотят с нами воевать. Но прояснить позицию им было необходимо. Нас просто одернули, когда мы забылись. Дряхлый медведь оказался не таким уж и дряхлым.
— И что это дает мне? Почему собственно я должен совать голову в петлю ради такой дурацкой идеи? Охота на ведьм намного интереснее и результативней.
— Потому что, если я все правильно понял, мы можем вполне закрепить с Москвой отношения договором и наладить в том числе торговлю. Или вам больше нравится подвешенная ситуация? Она по вашему мнению намного интереснее и результативнее? — Престарелый мужчина сверкнул глазами, но промолчал, понимая, что это намек на фактически уничтоженный армейский корпус, который очень бы пригодился на китайском фронте. — Я понимаю, что вам такие слова слышать не очень приятно, но…
— Вы бы не обратились ко мне, если бы не знали о том, что я ставлю интересы Японии выше своих?
— Хорошо. Я подумаю над вашими словами. Надеюсь, ваша словоохотливость ограничилась только мной?
— Вот и отлично. Не стоит играть со спичками, сидя на бочке с бензином. У вас есть конкретные материалы по Советам, на основании которых вы сделали свои выводы?
— Безусловно. Я вам сегодня же их перешлю с курьером.
— Буду очень признателен, — сказал престарелый мужчина и чуть кивнул с легкой улыбкой, показывая собеседнику, что разговор закончен и ему пора уходить.
— Дорогая, ты выглядишь такой раздраженной, — бросила с насмешливым взглядом элегантная женщина приятной наружности.
— Мне сложно с ним общаться, тяжело. Понимаешь, он совсем не понимает юмора. Просто какой-то одержимый…
— Наверное, такие и вырезали все население Иерусалима во время очередного крестового похода. Но ты ведь справляешься?
— Да, но… мне бы уже хотелось как-то от этого избавиться.
— Возможно. Но куда? Да и дела…
— Бродвей такую красотку, как ты, не упустит, — улыбнулась подружка. — Марлен ведь уехала, и все у нее получилось.
— Ты думаешь, он меня отпустит?
— А ты у него будешь спрашивать?
— Да какие дела? Ты что, не понимаешь, что этот ефрейтор втягивает старую, добрую Германию в кровавую кашу? Будто бы немцы в прошлую войну не настрелялись.
— Я не знаю, как мне быть.