Автомобиль шел по прямой и ровной дороге к малому поселку, где обычно никто не ездил. Тени деревьев помогали ориентироваться даже в темноту, создавая ощущение домашнего уюта и безопасности. Такое путешествие было наполнено сосредоточенностью и спокойствием, будто мир вокруг стер восковые мысли....
Это… переход всех границ! Так нельзя!
Но Никита, сполна насладившись шокированным выражением ее лица, вдруг отступил, оборачиваясь к Макару.
— Чья очередь? Мак? Ты теперь Марусю мучаешь.
— Правда или действие? — спросил тот, подвигаясь и освобождая брату место на диване.
— Действие! — поспешно сказала она, решив придерживаться удачной тактики.
— Мммм… — Макар переглянулся с братом и кивнул. — Сядь между нами.
Он мотнул головой, показывая на узкое местечко, куда Маруся могла бы втиснуться, только плотно прижавшись к обоим братьям.
25
Горячая от вина кровь ударила в голову.
Маруся стиснула пустой бокал тонкими пальцами.
В первый вечер в деревне она спокойно устроилась у мангала между близнецами и совершенно ни о чем не волновалась.
Что изменилось?
Тот день на просеке."
"Запах кожи Никиты, который ее нес.
Касания пальцев Макара, наносящего мазь.
И четыре руки на ее обнаженном теле.
Дрожащее марево горячего желания между ними.
Общего.
Не только парней. Ее тоже.
Сладкая тяжесть между ног.
Ядовитая ревность — им есть кому отнести это желание, эту тяжесть, эти касания пальцев.
А ее даже парень бросил!
Старательно делая вид, что ничего особенного не происходит, что ничего не изменилось с того первого вечера, Маруся забралась между Макаром и Никитой, осторожно опираясь то на коленку одного, то на плечо другого.
Они, конечно, и не подумали раздвинуться — наоборот, только сжали ее широкими плечами.
Такая горячая кровь.
Спящая внутри бешеная энергия.
Спрятанная опасность, которую Маруся сейчас чувствовала в самом воздухе между ними — дыхание их смешивалось, и к запаху вина добавлялись нотки мятной жвачки от Никиты и чего-то карамельно-сладкого от Макара.
— Еще вина? — предложил ей кто-то из них , и хотя голова все еще кружилась от предыдущей порции, она молча кивнула, подставляя бокал.
— Теперь я, — сказал Никита. — У меня давненько стоит… — пауза, глоток вина, перехваченное дыхание Маруси. — Один вопрос.
— Вопрос ко мне? — уточнил Макар.
— Ага, да, но сначала — правда или действие?
— Правда, — спокойно отозвался тот.
Конечно, чего ему бояться? Чего о нем может не знать собственный брат-близнец?
— Мак, кто была твоя первая женщина?
Вот чего Маруся точно не ожидала!
— Разве ты не знаешь? — удивилась она.
В ее представлении близнецы сто процентов времени проводили вместе, а если и разлучались, то очень ненадолго. Пропустить такой знаковый момент в жизни другого точно не получилось бы.
