Автор
Машка, ты где там? Жора уже в отчаянии ожидает тебя. Ты не будь дура и приезжай скорее, или он может проскочить к другой! Алевтина злится на твоего Жору за то, что тот еще не муж для тебя, так что не будь такой самокритичной!
— он будто не слышит моих жалобных стонов, или же, наоборот, слышит, и они его возбуждают?
Сцепляю зубы, пытаясь отогнать это ужасное, позорное чувство внизу живота. Мне не хочется ощущать это порочное томление. Словно там, между ног, развели костёр, и теперь жалящие языки пламени то и дело проходятся по моим плотно сжатым складкам.
Господи… хоть бы это всё прекратилось! Я не хочу! Я перестану уважать себя, если…
— Не надо, прошу… отпустите! Умоляю… — борясь с собственным сбившимся дыханием, я продолжаю говорить эту мантру, хотя уже не надеюсь, что он прислушается.
Очередной щипок, мой сосок скручивают и оттягивают, и, совершенно теряясь в противоречивых ощущениях, непроизвольно громко стону…
— Так-то лучше! — мой мучитель довольно смеётся, шлёпая меня по бедру. — Ммм… — его пальцы оттягивают полоску трусиков. — Да тут уже целая река…
Будто осуждая меня за реакцию тела, он погружает пальцы между ног и нарочито медленно трёт набухшие складки.
Моё тело покрывается испариной. Сладкая острота колет током от каждого прикосновения наглых, но очень умелых пальцев.
— … прошу… остановитесь… — сбивчиво лепечу, крутя бёдрами, пытаясь увильнуть от его ладони.
— Ну хватит уже, — его голос становится хриплым и грубым. — Мы оба знаем, что тебе нужно, крошка. Прекрати сопротивляться, иначе… — он сильнее давит на мой треугольник, впечатывая мою попку в свой пах. — Иначе будет хуже.
В этот момент я чувствую то самое «хуже». В мою пятую точку упирается твёрдый, словно палка, и очень горячий член.
Никогда, никогда в жизни я ещё не испытывала ничего подобного! Я думала, что Жора с его быстрыми и очень мокрыми поцелуями, привлекает меня. Думала, что чувство благодарности за его любовь и есть то самое возбуждение, но теперь… я просто себя не узнаю! Моё тело превратилось в горячий воск. Я плавлюсь в руках этого мерзавца, и ничего, совершенно ничего не могу с этим поделать!
Я в квартире с двумя мужчинами.
Распахиваю глаза, глядя в отражение в зеркале. Не узнаю себя. Мой взгляд горит. Выбившиеся из хвоста пряди волос прилипли к покрытому испариной лбу. Мне горячо, остро, а между ног ещё и влажно…
Михаил тоже бросает на наше отражение быстрые взгляды.
