Автор
Машка, ты где там? Жора уже в отчаянии ожидает тебя. Ты не будь дура и приезжай скорее, или он может проскочить к другой! Алевтина злится на твоего Жору за то, что тот еще не муж для тебя, так что не будь такой самокритичной!
— А он тебя тоже обижал? Этот усатый хер? — оборачивается ко мне. — Ты, кстати, кто? Что-то я не припомню… Ты же не из девушек Славы?
— Кого? — переспрашиваю.
— Кто твой сутенёр?
— Я… эм… — снова задыхаюсь. Разговор пошёл как-то совсем не так, как я планировала. Почему-то интуитивно я понимаю, что смогу добиться большего расположения от девушки, если «сойду за свою», чем если расскажу правду и начну убеждать, что я «не такая». — Я сама по себе, — наконец, отвечаю хоть что-то более-менее похожее на правду.
— Охренеть! — усмехается. — Любительница что ли?
— Вроде того, — передёргиваю плечами. — Просто познакомилась с двумя парнями, они оказались ментами и притащили меня… сюда."
"— А, ясно, — девушка немного пьяно усмехается. — Короче, отрабатываешь натурой, чтобы ночь в камере не сидеть?
— Вроде того, — выдавливаю подобие улыбки. — Слушай, я хотела спросить, у тебя телефона нет? А то мне позарез позвонить надо!
— Телефона? — девушка вскидывает брови. — Ой, да я смотрю, ты совсем зелень.
У меня сердце уходит в пятки. Господи, только не это!
— То есть, ни у одной из девушек тут нет телефонов? — переспрашиваю упавшим голосом.
— Блин, а как ты хотела? Эти козлы пипец трясутся над своей репутацией. Прикинь, что будет, если кто-то сделает пикантные снимки того, как они тут развлекаются? Потом шантаж, огласка… Нет, тут телефоны под строжайшим запретом! Если увидят — зубов не соберёшь.
Последняя надежда потухает… Я хотела позвонить Жоре или Альке… Алькин телефон я на память помню, мы с ней со школы дружим. Вместе росли в деревне, вместе в школу ходили, а потом и в Москву решили вместе ехать. Она бы точно помогла мне! Хотя бы советом! Или такси бы вызвала… Но теперь я просто не представляю, что делать… К глазам подкатывают слёзы.
— Ты чё, реветь вздумала? — хмыкает девушка. — Что-то срочное у тебя? Ребёнок?
На этот раз глаза девушки блестят искренним сочувствием.
— У меня тоже лялька. Четыре уже…
Мне противно от самой себя, но приходится соврать.
— Моей три…
— Заболела?
— Ага.
От этой лжи меня начинает бить как в лихорадке. Противно, что приходится играть на материнском сострадании, но…
— Ладно, слушай, — девушка понижает голос до шёпота. — Говорят, если подняться к администрации, оттуда можно позвонить. Только там охрана у лифта. Ну и в халате тебя вряд ли отпустят. Переоденься.
