Петербургский сыщик Родион Ванзаров вновь погружается в опасную игру. На этот раз ему предстоит разобраться с таинственными преступлениями, лавируя между интригами влиятельного общества и мистическими тайнами спиритического кружка. Его верный помощник криминалист Аполлон Лебедев становится...
– Сколько вам лет?
– Двадцать три…
– Где вы учились?
– Училище правоведения…
– Кто ваш начальник?
– Статский советник Бурцов…
– Он добрый начальник?
– Нет…
– Вы уважаете его?
– Нет…
– Мечтаете занять его место?
– Да…
– Хотите его убить?
– Нет…
– Стреляли в него?
– Нет…
Сверчков стал ерзать на стуле, будто ему что-то мешает, душит, а он не может отделаться. Калиосто попросил подождать, подошел к нему, пошептал на ухо и провел ладонью перед лицом. Сверчков успокоился.
– Можно продолжать.
– Кто послал вас в «Ребус»? – спросил Ванзаров.
– Бурцов, – ответил Сверчков.
– Что вы там делали?
– Искал…
– Что искали?
– Правду…
– Какую правду?
– Важную…
– Нашли ее?
– Еще нет… Она скрыта…
– Кто убил Серафиму Иртемьеву?
На лице Калиосто скользнуло изумление, но Ванзаров кивнул: дескать, спрашивайте, так надо.
– Я не узнал, – ответил Сверчков.
– Вы пытались?
– Пытался…
– Что делали?
– Спрашивал…
– Кого спрашивали?
– Духов…
– Что сказали духи?
– Ничего не было…
– Кого еще спрашивали?
– Всех…
– Кто гипнотизировал вас?
– Не знаю… Никто…
– Кто поручил убить Бурцова?
Калиосто взглядом спросил: «Опять то же самое?» – и получил подтверждение.
– Никто, – кротко ответил Сверчков.
– Когда стреляли в него?
– Я не стрелял…
– Почему хотели убить Бурцова?
– Я не хотел убивать…
– Вас просили напугать Бурцова?
– Нет…
– Бурцов просил стрелять в кабинете?
– Нет…
– Кто просил стрелять?
– Никто…
Сверчков начал подрагивать, будто хотел освободиться от пут."
"– Пора заканчивать, – прошептал Калиосто. – Сейчас разбужу… Он ничего не будет помнить. Не беспокойтесь…
Никогда у Ванзарова не было такого допроса – успешного и вместе с тем бесполезного. Вытаскивать из людей то, что они тщательно скрывали, он умел превосходно. Но Сверчков ничего не скрывал. А вытаскивать было нечего. Почти нечего…
Калиосто склонился и легонько щелкнул пальцами. Звук трескучий, как ломают сухую ветку. Сверчков повел головой, будто не понял, как очутился на стуле.
– Что вам нужно? – сказал он, отстраняясь от гипнотизера.
– Всего лишь предложил вам сесть, месье, – ответил с поклоном Калиосто.
Сверчков не мог вспомнить, вообще зачем здесь находится.
– Так вот, господин Сверчков, на чем мы остановились, – сказал Ванзаров тоном, будто его прервали в середине разговора. – У вас отличная память. Не так ли?
– Благодарю… Не жалуюсь… – Юный правовед еще сомневался, в какую же реальность попал.
