Петербургский сыщик Родион Ванзаров вновь погружается в опасную игру. На этот раз ему предстоит разобраться с таинственными преступлениями, лавируя между интригами влиятельного общества и мистическими тайнами спиритического кружка. Его верный помощник криминалист Аполлон Лебедев становится...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Машина страха»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Петербургский сыщик Родион Ванзаров вновь погружается в опасную игру. На этот раз ему предстоит разобраться с таинственными преступлениями, лавируя между интригами влиятельного общества и мистическими тайнами спиритического кружка. Его верный помощник криминалист Аполлон Лебедев становится...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Антон Чижъ Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
Петербургский сыщик Родион Ванзаров вновь погружается в опасную игру. На этот раз ему предстоит разобраться с таинственными преступлениями, лавируя между интригами влиятельного общества и мистическими тайнами спиритического кружка. Его верный помощник криминалист Аполлон Лебедев становится...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Ванзаров удобно оперся спиной о край лабораторного стола, вытянув ноги и скрестив руки. Вид его говорил о вседозволенности и безжалостности. Именно то, чего следует ожидать от полиции. Он ждал, когда бурлящий характер доктора доведет себя до кипения. И дождался.
Погорельский вскочил, топнул ногой, совершил руками неописуемый жест, как будто отгонял демонов, и тут же рухнул в кресло.
– Что ж вы сразу не сказали, что из полиции? – жалобно проговорил он, не понимая, чего от него ждет этот господин. Или в чем нужно покаяться. – Я бы и так вас представил в кружке…
– Почему вы сразу не сказали, что занимаетесь гипнозом? – спросил Ванзаров, не меняя позы.
– Я? Гипнозом? Какой же тут секрет… Это всем известно… Брошюру издал, в «Ребусе» публикации делал… Всем известно, – повторил он, как будто об этом напечатано на первой полосе «Ведомостей Санкт-Петербургского градоначальства и столичной полиции».
Сняв пиджак и положив его на следы химических опытов, Ванзаров остался в жилетке и сорочке. Узел галстука заметно ослабил.
– Приступайте, доктор.
– К чему приступать?
– Загипнотизируйте меня…
– Вас? Зачем?
– Хочу испытать на себе, каково это, – ответил Ванзаров. На всякий случай он спрятал в руке пробирку: если окажется в бессознательном состоянии, разожмет пальцы. Чтобы знать наверняка.
Погорельский окончательно растерялся. Стал доказывать, что это никак не возможно, он не готов, да и обстановка не соответствует. Уговоры были бесполезны. Чиновник сыска стоял на своем: гипноз. Наконец доктор сдался. Подтянув рукава пиджака и сорочки так, что обнажил кисти рук, он начал совершать рукой плавные пассы и говорить медленным, ровным голосом:
– Смотрите на меня… Смотрите на меня… Слушайте мой голос…
Ванзаров честно делал то, что просили: следил глазами за движением ладошки доктора, слушал его голос, дышал ровнее. При этом фиксировал все, что происходит вокруг: стук маятника, звуки улицы, дальний шум из коридоров департамента. Никакого магического эффекта он не испытал. Ему стало жаль Погорельского, который старался вовсю: правой рукой будто разгонял невидимые волны перед носом Ванзарова, а левой изображал что-то вроде змейки. Доктор походил на фокусника или карманника, который отвлекает внимание, чтобы вытянуть кошелек.
Минут через десять Ванзарову стало скучно. Пробирка была на месте. Он вежливо кашлянул.
– Долго ожидать результат?
Доктор уронил руки, стряхнув с них нечто невидимое."
"– Вы не поддаетесь гипнозу… Слишком сильная воля… Простите, я бессилен… Не знаю, кто сможет вас одолеть…
Ванзарову тоже было интересно узнать.
– Часто попадаются трудные пациенты?
Усевшись в кресло, Погорельский тяжело переживал конфуз, не умея скрывать ни бурную радость, ни глухую печаль.
