Автор
В таинственной ифорнии полная луна свещала на поляну, где юная девушка в разорванной одежде бежала от грозящих ей ужасных преступников. За ней в ужасе тянулись четверо мужчин, подгоняемых криками своей команды — они стремятся овладеть невинной жертвой прежде чем её похитители из леса смогут добраться до неё....
- Бедняга, – тяжело вздохнув, прошептал моряк. – Кто сказал, что животные понимают хуже людей…
Он еще немного помолчал и, словно собравшись с мыслями, твердо обратился к притихшей группе молодых людей.
- А ну, выпрягайте свою клячу!
- Но постойте! – попытался возразить ему один из юношей.
- Своему командиру ты бы не стал так перечить! Выпрягайте, говорю!
Отряд Зорро быстро переглянулся, и двое людей подошли к лошади в упряжке.
- Ну, что, дружок, повезешь своего хозяина? – тем временем обратился моряк к Торнадо.
Никогда еще Эль Пуэбло не видел Торнадо, впряженного в карету. Он был так свободолюбив и независим, что любая упряжь, казалось, должна была на нем сгореть в первую же секунду. Но сейчас он шел так тихо, что его даже не было слышно.
Изабелла с острой болью в груди вспоминала потом, как Торнадо поминутно оборачивался назад, словно пытаясь разглядеть, что происходит в окне, и понять, не нужно ли идти еще медленнее…
Девушка не знала, спала ли этой ночью после того, как ее и пришедшую в себя Керолайн проводили в их спальни в гасиенде губернатора, но она отчетливо слышала все, что происходит за дверью – шаги врачей и хозяев дома, разговоры прислуги, звон посуды, шорох постельного белья, шелест воды.
Но вход в двери его комнаты был ей категорически воспрещен. Как и Керолайн и всей прекрасной половине населения гасиенды.
Не разрешили зайти в его спальню и Катрин…
Она приходила около полудня и больше часа провела в кабинете вместе с доном Алехандро и доном Ластиньо.
