Автор
Когда в зале появляется человек-кабриолет — то это всегда вызывает непредсказуемое внимание и смех, как в случае с Маскарадом любовных утех. В этом месте происходит что-то невероятное, словно маскировочные игры на пустой арене превращаются в настоящую битву эмоций. Здесь каждый человек может быть не тем, кем кажется на первый взгляд, и каждый вздох — тонкий проводник незримых связей....
Хочешь на нашей с Колей шее до старости сидеть?» Я решила строителям пирог не давать и Веру угостить. Вскипятила чайник, отрезала кусок и предложила: «Угощайся». Она, как водится, промолчала, но по ее глазам было видно: обрадовалась. Вера слопала ломоть и на меня уставилась. Я ей второй отрезала. А она вдруг как-то скривилась… ее затрясло… затем она упала с табуретки. Мне жутко стало, я подумала, что у несчастной припадок эпилепсии, побежала за помощью. Это все.
– Вы сами пирог ели? – осведомился Банкин.
– Не употребляю ягоды, – поморщилась няня, – у меня от них сильнейшая изжога.
– А чай пили? – наседал Анатолий Игоревич.
– Да. Из-за переезда пакетики заварила, не листочки, – уточнила Краузе. – Себе и Вере из одного чайника воду разливала.
– Понял, – обронил полицейский.
– Евлампия, посмотрите на часы, Кису скоро забирать надо, – напомнила мне Краузе.
– Ой! – спохватилась я. – А медкарту девочки мы так и не нашли… Простите, мне надо в садик за ребенком.
– Езжай спокойно, – разрешил Вовка. – Не торопись, тело увезут часа через два, не раньше.
* * *Заведующая детским учреждением оказалась добродушной тетушкой лет пятидесяти. Услышав про не найденные до сих пор документы Кисы, она проявила понимание.
– Перебираться из одной квартиры в другую настоящий ад. Самой однажды довелось с этим столкнуться. Занятие тяжелое физически, поэтому я наняла упаковщиков. Они вроде аккуратно коробки сложили, подписали их, но, приехав на новое место, я обнаружила, что все ярлыки отвалились.
– Аналогичная история, – вздохнула я.
– Алена Петровна, Наташа уже уходит! – закричали из коридора.
– Завтра с ней поговорю, – откликнулась заведующая. – Я тут с мамочкой беседую. Уважаемая Евлампия Андреевна, поймите, вообще-то я не имею права принять в группу ребенка без документов. Но ваш муж очень приятный человек, и вы мне тоже симпатичны, поэтому пойду на нарушение распорядка.
– Огромное спасибо! – от души поблагодарила я.
Алена Петровна приосанилась."
"– Наш садик не коммерческий, выживаем, как умеем.
– Так рано? – ужаснулась я. – Почему?
– Завтрак в семь, – объяснила заведующая. – Перед этим дети проходят медконтроль, переодеваются, еле-еле полчаса хватает.
