Автор
Когда в зале появляется человек-кабриолет — то это всегда вызывает непредсказуемое внимание и смех, как в случае с Маскарадом любовных утех. В этом месте происходит что-то невероятное, словно маскировочные игры на пустой арене превращаются в настоящую битву эмоций. Здесь каждый человек может быть не тем, кем кажется на первый взгляд, и каждый вздох — тонкий проводник незримых связей....
– Он перепутал ящики и этикетки, – осенило меня. – Ищите тот, где написано «Миски», в нем обнаружатся вещи девочки.
Роза Леопольдовна надулась.
– Мой супруг аккуратнее всех на свете!"
"Я молча осмотрела океан привезенного и возликовала:
– Ура! Вот они, «Миски»! Сейчас возьму медкарту Кисы и…
Радость испарилась мигом.
– Что-то не так? – спросила Роза Леопольдовна.
– Ага, – пробормотала я, – тут книги, любимые детективы. Мирон долго помогал вам?
Краузе открыла было рот, но тут как раз появилась Надя с просьбой дать ей нечто розовое и кругло-квадратное, и мы временно отвлеклись от разбора вещей.
Глава 3
– Может, кофейку глотнем? – предложила Краузе, когда Надежда ушла за уточнениями. – Чайник уже нашелся.
Я не успела ответить, потому что в дверь постучали. Следом из прихожей раздался веселый голос:
– Ау! Можно войти?
– Кто там? – хором спросили мы с Розой Леопольдовной.
– Сейчас объясню, только угги сброшу и куртку повешу, – произнес тот же голос.
Я вышла в холл и увидела у вешалки даму лет шестидесяти, с яркими голубыми глазами и правильными чертами лица.
– Давайте познакомимся, – зачирикала незнакомка, ставя на консоль бумажный мешок. – Меня зовут Ирина Леонидовна Горская, я живу на соседнем участке.
– Очень приятно, Евлампия Романова, – представилась я. – Проходите, пожалуйста. Извините, у нас бедлам, только-только переехали, пытаемся с Розой Леопольдовной навести порядок.
– Ну и что? – возразила гостья, скидывая сапожки из овчины. – Правда, у нас в деревеньке снежок чистый, не черная жижа, как в Москве, но… Ой, мама! Вы держите в доме поросят? Какие миленькие, один черный, другой бежевый!
– Это не свинки, а собачки, – сдерживая смех, пояснила я.
– Да ну? – поразилась Горская. – Правда, песики? Обожаю собак! К сожалению, своих завести не могу.
– Можете ласкать Фиру и Мусю сколько хотите, – разрешила я.
Ирина Леонидовна присела на корточки, мопсихи рванули к гостье и начали ее с восторгом целовать.
– Ох вы мои хорошенькие! – смеялась Горская.
