Валерий Чащин продолжает приключения мастера-целителя Алекса Рателя, теперь в столице. Он непривычно сталкивается с загадочными событиями — слово за слово материализуются в реальность, легенды могут ожить, а шутки превращаются в серьезные проблемы. Алекс обнаруживает, что его приход вносит роковую дисторсию в жизнь людей вокруг....
Понимаешь, каждый высокоуровневый одаренный, сам по себе немалая сила, а уже несколько таких одаренных, объединенные в великий Дом и подавно. И что бы, не было соблазнов решать все свои дела и проблемы силовыми методами, существуют различные писанные и неписанные правила, и некие границы, за которые выходить не рекомендуется.
С законами все понятно. А что касается неписанных правил и границ дозволенного, тут все не так просто. Но, все кому надо, знают, а если не знают, то догадываются, что существуют некие тайные имперские структуры, присматривающие за великими Домами и высокоуровневыми одаренными.
— И чем я мог заинтересовать имперские спецслужбы, или не я? — осторожно спросил Алекс, воспользовавшись паузой в разговоре, пока собеседник потягивал трубку.
— Здесь я могу только предполагать.
Важно знать, что эти люди тебе не враги. Но, и не друзья. Кроме того, они лишь присматривают за тобой, а не охраняют, так что всегда помни об этом.
И еще, те люди, что устроили то «происшествие», больше тебя не побеспокоят, у них сейчас совсем другие проблемы, и не малые и у них, и у их покровителей.
— Ост-Илийская компания или малабарцы? — быстро задал вопрос Алекс, он понял, что это одна из немногочисленных возможностей, что-либо узнать и разобраться.
— А ты молодец, пытаешься разобраться в ситуации. Но нет, это были другие люди и структуры, кто, я тебе сказать пока не могу. Единственное, это был чиновник немалого ранга, выскочка и деятель из «молодых, да ранних», попавший на должность по протекции, и не знающий еще всех правил и тонкостей.
— Но чем может мешать серьезным людям и структурам обычный целитель из забытых всеми Закатных гор? — задал следующий вопрос Алекс, несколько сбитый с толку новыми появившимися фигурантами.
— Ну, не такой уж и обычный, не прибедняйся.
