Автор
В середине сентября, миром казарм мотострелкового полка в Поленицах наполнился беспокойство. Подчиненные спали, когда старший лейтенант Константин Лобанов был срочно приглашен в штаб для важного разговора о подготовке к операции. Это внезапное вызов неожиданно сменил обычный день, но будоражащий сигнал проник за обычные порядки и спокойствие, зарядив командира готовностью к нечто большему....
Пусть они займут склоны южнее долины. Побудут там, осмотрятся. Если «северяне» решатся на агрессию, то нападать будут в тот момент, когда прибудет очередной караван, то есть через неделю. И сразу со всех сторон. Вот мои люди и прикроют тылы. На сам караван «северяне» не дернутся, а вот захватить его вместе с усадьбой – это то, что надо! Главное сейчас – показать им, что мы не придаем особого значения их угрозам, надеемся на собственные силы и знание местности. Нам бы только отбить их первый наезд. Уверен, что, получив по морде, Принц немного успокоится.
– Удачного полета, Якуб!
– До встречи, Саркис. Скорой встречи!
Якуб спустился к площадке, и вскоре «МИ-8» взмыл над усадьбой, закрыв ее плотным облаком пыли, взял направление на северо-восток, забирая все выше, чтобы пройти над большим хребтом. А затем, спустившись ниже в широкое и глубокое ущелье, полетел вдоль него, до скрытого в горах неприступного аула, больше напоминающего древнюю крепость.
Но полет завершился гораздо раньше.
Как только «МИ-8» набрал высоту, он был замечен одним из наблюдателей группы «Свод», который тут же доложил Глебу:
– «Вершина» вызывает Глеба.
– Глеб на связи!
– Пошла «стрекоза»! Идет на перевал по расчетному курсу!
– Понял! Конец связи!
Затем уже Глеб вышел в эфир:
– «Укол-1», «Укол-2», вызывает Глеб!
– «Укол-1» на связи!
– «Укол-2» на связи!
– Скоро перед вами будет цель! При появлении разнести ее к чертовой матери! Затем отход к «Вершине», находиться там!
– «Укол-1» принял!
– «Укол-2» принял!
За перевалом вертолет с Якубом начал плавное снижение, чтобы продолжить полет, укрываясь крутыми склонами ущелья.
Ни первый, ни второй пилот не увидели, как снизу и с фланга к винтокрылой машине рванулись две стремительные молнии.
А на дне ущелья догорали остатки сбитой «вертушки».
В тот же день в средствах массовой информации должно было появиться сообщение об очередной катастрофе «МИ-8». Главная версия, которую собирались обнародовать, традиционно объясняла случившееся ошибкой пилота.
